Мальвины и шпионы как упаковка

Рассказываем о Латинской Америке

открываем яркую культуру и потрясающие пейзажи

ЗАКОНЫ «ДУБИНКИ», при чем тут Мальвины и шпионы?

Что внутри НОВОГО аргентинского закона о суверенитете и чем такие «иноагентские» законы заканчиваются в соседних странах

3 сентября Хавьер Милей вышел в национальный эфир и говорил про Мальвины. Пингвины, овцы, сорок четыре года обиды и нефтяной проект Sea Lion, который затевают британцы с израильтянами (на оккупированной территории по мнению Аргентины): под этой темой подпишется почти любой аргентинец, от киршнериста (левые) до либертарианца (правые). Через две недели правительство внесло в Палату депутатов «Закон о защите национального суверенитета» на 133 статьи. Про Мальвины в нём только первые сорок статей.

Остальные девяносто три статьи создают Совет национальной безопасности во главе с президентом, расширяют полномочия армии, вводят от пяти до двенадцати лет тюрьмы за «скоординированные кампании массовой дезинформации» на иностранные деньги и возводят в закон реестр людей, «связанных с терроризмом», куда можно попасть без уголовного дела. Все до боли знакомо всем, кто был связан со странами с диктатурой, либо изучал вопрос. Закон, который может вернуть в страну диктатуру, от которой еще не особо и оправились и раны еще болят у очень многих в Аргентине.

Правозащитники называют это троянским конём. Правительство отвечает, что защищается от иностранного вмешательства

Правозащитники называют это троянским конём. Правительство отвечает, что защищается от иностранного вмешательства, а журналисты и НКО тут ни при чём. Формулировки закона таковы, что под них подходит очень многое. Оба утверждения верны одновременно, и с этим неудобно жить.

Этот материал про закон, про его соседа по парламентской повестке (закон о лоббировании) и про то, что подобные нормы уже сделали в Никарагуа, Венесуэле, Сальвадоре, Парагвае, Перу и Эквадоре. И про людей: кто именно рискует, если такая норма заработает.

Сначала о том, что случилось на самом деле

Закон не возник на пустом месте, и делать вид, что проблемы иностранного влияния нет, было бы нечестно.

2 апреля консорциум изданий во главе с openDemocracy (в Аргентине с ним работал Filtraleaks) опубликовал разбор 76 утёкших документов «Компании». Так называется частная структура, которая, судя по бумагам, связана с внешней разведкой рф и бывшими подрядчиками «Вагнера». По документам, с июня по октябрь 2024 года «Компания» заложила 283 тысячи долларов на то, чтобы разместить не меньше 250 материалов в двух десятках аргентинских цифровых изданий. Тексты были про экономику, цену бюджетной экономии, напряжённость с соседями. Часть материалов не поддаётся проверке или откровенно выдумана: например, история про задержанных в Чили аргентинских «диверсантов». У многих текстов не было автора, а у части подписей нашлись «лица» из фотобанков и нейросетей.

Перед этим были скандалы с другими шпионами, аргентинские паспорта у пойманных в Словении, тема постоянно подогревается, а отношения со страной происхождения этих шпионов не портятся, нам казалось это странным, теперь многое становится понятно.

Чего расследование сделать не смогло: проверить, были ли платежи вообще и кому они дошли. До 15 изданий журналисты достучались, и все отрицали участие. Большинство рассказало, что тексты приходили бесплатно от «агентства» или «консультанта», а несколько редакций признали, что публиковали без нормальной проверки. Двое сообщили, что деньги брали, но суммы называли намного меньшие, чем в документах. Один из редакторов честно описал провал: убедился, что подписанный автор публикуется ещё где-то, и решил, что человек существует. Исследователь медиа Мартин Бесерра заметил, что итог кампании получился обратным задуманному, и предположил, что цель была другой: мутить воду и подрывать доверие ко всем институтам, СМИ включительно.

Милей заявил, что дойдёт «до последних последствий» и найдёт всех прямых и косвенных участников «сети незаконного шпионажа», а журналисты и издания — лишь «верхушка айсберга»

Реакция власти оказалась быстрее и шире, чем сама история. Милей заявил, что дойдёт «до последних последствий» и найдёт всех прямых и косвенных участников «сети незаконного шпионажа», а журналисты и издания — лишь «верхушка айсберга». В соцсетях он назвал причастных журналистов коррумпированными предателями родины. 6 апреля Casa Rosada перестала пускать в здание аккредитованных журналистов El Destape, Tiempo Argentino, La Patriada, C5N и Ámbito Financiero: «превентивно, пока не прояснится ситуация». Инфобае и El Cronista в документах тоже фигурировали, но их корреспондентов никто не трогал. Запрет на A24 снят за день. Позже президент репостнул сообщение близкого к власти комментатора Диего Лахе: если издание или журналист берёт деньги у иностранного правительства и скрывает это, это неправильно, а прозрачность не цензура. ADEPA, объединение издателей, выразила беспокойство по поводу кампании и попросила не обобщать, потому что обобщения бьют по всей профессии.

В этой истории поровну материала для всех. Иностранная операция в СМИ реально была, и ряд редакций проявили вопиющую небрежность. А реакция власти показала, как быстро слова «иностранные деньги» превращаются в основание для закрытых дверей и репутационных ударов, ещё до всякого закона. Через пять с половиной месяцев к ней приложили закон.

Иностранная операция в СМИ реально была, и ряд редакций проявили вопиющую небрежность

От «Компании» до Палаты депутатов

Закон о суверенитете появился через пять с половиной месяцев после истории с российской сетью в СМИ и через три месяца после того, как отложили закон о лоббировании.

«Компания» и реакция власти закон о лоббировании закон о суверенитете фон

17 июля2019
Создан реестр RePET
Декрет 489/2019: публичный реестр людей и организаций, «связанных с терроризмом». Попасть в него можно по решению суда или прокуратуры, по спискам Совбеза ООН или по заморозке от UIF.
18 июня2025
Правительство заявляет о «российской сети»
Пресс-конференция Casa Rosada: выявлена сеть агентов, которая ведёт «кампании дезинформации и влияния», двое россиян названы руководителями. Они это отрицают.
2 апреля2026
Расследование о «Компании»
openDemocracy и Filtraleaks разбирают 76 утёкших документов: по бумагам, $283 тысячи заложены на не менее 250 материалов в 20 с лишним изданиях. Платежи проверить не удалось, издания отрицают участие.
4 апреля2026
Реакция президента
Милей обещает найти «всех прямых и косвенных участников» и называет причастных журналистов коррумпированными предателями родины.
6–7 апреля2026
Закрытые двери
Casa Rosada не пускает аккредитованных журналистов El Destape, Tiempo Argentino, La Patriada, C5N и Ámbito «превентивно, пока не прояснится ситуация». Запрет на A24 снят за день.
26 мая2026
Проект закона о лоббировании
Правительство вносит в Палату депутатов проект о реестрах лоббистов и «иностранных интересах» (Mensaje 178/2026).
10 июня2026
26 из 26
На слушании ни один из 26 выступавших не поддерживает текст. Днём раньше FOPEA, Fundar, Poder Ciudadano и Amnesty называют проект «участием под надзором».
16 июня2026
Заключение отложено
Партия власти откладывает заключение, намеченное на 17 июня, а вместе с ним и голосование в зале 24 июня. Начинаются переговоры с оппозицией, которая пишет альтернативу.
12 июля2026
Застой
El Cronista описывает проект как застрявший. Более поздних новостей о нём мы не нашли.
3 сентября2026
Национальный эфир
Милей говорит о Мальвинах, объявляет санкции для добывающих компаний и Совет национальной безопасности.
17 сентября2026
Проект о суверенитете внесён
133 статьи. Милей просит парламент дать проекту «максимальный приоритет и скорость».
17–19 сентября2026
Критики и ответы
FOPEA, Poder Ciudadano, CELS, конституционалисты и оппозиция критикуют статью 111 и Совет. Канцлер Кирно и советник Капуто отвечают, что свободе слова ничто не угрожает.
21 сентября2026
Три комиссии
Проект передан в комиссии по обороне, уголовному законодательству и иностранным делам.
Неделя 7 октября2026
Ожидаемое начало обсуждения
По оценке La Nación, обсуждение начнётся, скорее всего, на этой неделе. Дата не подтверждена.

Источники: Chequeado, La Nación, El Cronista, elDiarioAR, Infobae/EFE, Colegio de Escribanos CABA. Даты по публикациям изданий.

133 статьи, из которых сорок про Мальвины

Законопроект внесли 17 сентября. Подписали Милей, глава кабинета Диего Сантильи и министры Пабло Кирно (иностранные дела), Карлос Прести (оборона) и Луис Капуто (экономика). Его передали сразу в три комиссии: по обороне, по уголовному законодательству и по иностранным делам.

Милей попросил парламент дать ему «максимальный приоритет и скорость». По оценке La Nación, обсуждение начнётся, скорее всего, на неделе 7 октября.

Структурно это восемь разделов. Первый, самый разрекламированный, заменяет закон 2011 года о санкциях за добычу углеводородов в спорных водах. Теперь речь идёт о любых ресурсах, не только о нефти, а ответственность распространяется на акционеров, поставщиков и других участников цепочки. Предусмотрен даже заочный суд. Остальные разделы про то, что к Мальвинам отношения не имеет.

Закон о суверенитете: что внутри

Восемь разделов, 133 статьи. Внесён 17 сентября, сейчас в трёх комиссиях Палаты депутатов. Мальвинам посвящена почти треть текста.

40Мальвины

93всё остальное: Совет, армия, санкции, «иностранное влияние», реестр

про Мальвины про людей, деньги и слова про устройство власти и армию

IРесурсы и Мальвины

Статьи 1–40. Заменяет закон 2011 года: теперь не только нефть, а любые ресурсы. Ответственность у акционеров, поставщиков и других звеньев цепочки, суд возможен заочно.

про Мальвины

IIСовет национальной безопасности

Возглавляет президент. В составе глава кабинета, министры иностранных дел, обороны и экономики, руководитель разведки SIDE и юридический секретарь. Представителей парламента и провинций нет.

про устройство власти

IIIВоздух, море, реки

Лестница действий против «нерегулярных» самолётов и судов: от опознания до сбития или потопления по приказу президента, который тот может передать министру обороны.

про устройство власти

IVНарушения и санкции

Нарушение: действие иностранного актора или того, кто работает по его поручению, под контролем, на его деньги. Санкции применяет Совет, срочные меры возможны до процедуры, обжалование их не останавливает.

про людей, деньги и слова

VЗакон об обороне

Угрозы «государственные и негосударственные», «кинетические и некинетические». Армия готовится защищать «критическую инфраструктуру»: здравоохранение, энергетику, финансы.

про устройство власти

VIИностранное влияние

Ст. 106: иностранцам без ПМЖ нельзя вести предвыборную агитацию. Ст. 109–110: секреты и помощь тайным операциям разведки. Ст. 111: «скоординированная массовая дезинформация» на иностранные деньги, 5–12 лет.

про людей, деньги и слова

VIIRePET

Реестр людей и организаций, «связанных с терроризмом». Достаточно «разумных подозрений», уголовное дело не нужно. Включение замораживает активы и закрывает доступ к госдоговорам.

про людей, деньги и слова

VIIIПереходные положения

Меняет закон о разведке 2001 года: проект политики разведки идёт на утверждение Совету. Закон объявляется законом «публичного порядка», провинции приглашаются присоединиться.

про устройство власти

Источники: пересказы текста законопроекта в Chequeado, elDiarioAR, Análisis Digital, El Cronista, La Nación, MercoPress и Página/12.

Раздел II: Совет национальной безопасности

Его возглавляет президент, в него входят глава кабинета, министры иностранных дел, обороны и экономики, руководитель разведки (SIDE) и секретарь по юридическим вопросам. Политика безопасности, которую Совет напишет, будет «обязательной и сквозной для всего государства». Он может требовать информацию у любого ведомства и просить содействия у провинций и муниципалитетов. В отличие от действующего Совета обороны, в нём нет представителей парламента и провинций (это отметили в CELS). Ещё одна деталь: в раздел VIII заложено, что проект политики разведки теперь пишет глава SIDE и отправляет на утверждение не президенту напрямую, а Совету, который сам президент и возглавляет. Единственная уступка парламенту в проекте: кадровый статут разведчиков должен утверждаться законом, а не декретом. Правительство утвердило действующий статут декретом за день до внесения проекта.

Раздел III: воздух и вода

Здесь описана лестница действий против самолётов и судов, которые не реагируют на приказы: опознание, признание «нерегулярным», затем «враждебным», демонстрация силы и, как крайняя мера, сбитие самолёта или потопление судна по прямому приказу президента, который тот может делегировать министру обороны.

Раздел V: оборона

Меняется определение самой обороны. Сейчас закон 1988 года говорит об «агрессиях внешнего происхождения», а декрет 2006 года уточнил, что это вооружённая сила иностранного государства. Проект пишет в закон угрозы «государственные или негосударственные», «кинетические или некинетические» и разрешает готовить армию к защите «критической инфраструктуры», которую определит Совет: это здоровье, безопасность, оборона, экономика, энергетика, финансовая система. То есть речь о внутренних объектах, не о границах. Ни отмены закона о внутренней безопасности, ни прямого разрешения армии заменять полицию в проекте нет. Но граница, которую до сих пор двигали декретами (Макри в 2018 году, Фернандес в 2020 году, Милей в декабре 2024 года), теперь переносится в закон, который переписывать гораздо сложнее. CELS ещё в 2024 году предупреждал, что эта конструкция «растягивает» возможности использования армии.

Раздел VI: «иностранное влияние»

Под этим заголовком собраны нормы, которые нас больше всего и интересуют: запрет иностранцам без постоянного вида на жительство и иностранным юрлицам финансировать, организовывать, руководить и проводить избирательную агитацию (ст. 106), три уголовные статьи (109, 110, 111) и изменения закона о финансировании партий. Подробности ниже.

Раздел VII: RePET

Публичный реестр людей и организаций, «связанных с терроризмом и его финансированием», переводится в закон и переходит под Финансово-информационное управление (UIF).

Раздел VIII: переходные положения

Меняется закон о разведке 2001 года, закон объявляется законом «публичного порядка», а провинции приглашаются присоединиться.

Шесть рычагов

Если отбросить упаковку, у закона шесть механизмов, которые касаются людей, а не танков. Они цепляются друг за друга.

Деньги. Раздел IV вводит новый вид административного нарушения: любое действие, которое «затрагивает или угрожает» национальной безопасности, если оно исходит от иностранного государства или организации либо совершено человеком или компанией, действующими по их поручению, под их контролем или на их деньги. Применять санкции будет тот же Совет (ст. 90): штрафы от 30 до 180 тысяч единиц UVA, отзыв разрешений, лицензий и контрактов, запрет работать с государством, потеря налоговых льгот, запрет на деятельность в «чувствительных» отраслях. При «тяжёлой и неминуемой» угрозе (ст. 97) Совет вправе принять срочные меры ещё до начала формального разбирательства: ограничить валютные операции и платежи, заморозить средства и активы, приостановить контракты и разрешения. Суд наступает потом, причём обжалование действие мер не останавливает. Правительственные источники подчёркивают, что у проверяемого будет право знать обвинение, давать объяснения и представлять доказательства, а суд сможет всё отменить. На бумаге это так. Вопрос в промежутке: заморозка действует сразу, а суд подтверждает или отменяет её позже. Эквадор в 2025 году показал, как выглядит этот промежуток (см. ниже).

Слово. Статья 111 вводит в Уголовный кодекс новую статью: от пяти до двенадцати лет тюрьмы для того, кто, действуя по поручению, приказу или на полное либо частичное финансирование иностранного государства, организации или агента, «пытается изменить ход избирательных процессов» или «манипулировать общественным мнением скоординированными кампаниями массовой дезинформации». Если добавляются угрозы, взятки, принуждение или преступные структуры, срок вырастает до восьми-пятнадцати лет. Там же наказывается тот, кто «продвигает или финансирует акты насилия или саботажа» против государства. К этому примыкает статья 88: административное нарушение, когда иностранный актор «скрытыми, обманными или принудительными средствами» вмешивается в процесс принятия решений органами власти Аргентины. Ни «дезинформация», ни «манипуляция», ни «скоординированная», ни «массовая» в тексте (по пересказам) не определены. Сколько аккаунтов должно написать одно и то же в один день, чтобы это стало кампанией? Тревогу подняли не только левые: конституционалисты Андрес Хиль Домингес, Диего Арместо и Феликс Лонигро называют состав слишком открытым, а пятилетний нижний порог несоразмерным. Хиль Домингес сравнил ожидаемый эффект с превентивной цензурой: страх перед статьёй заставляет заранее следить за словами.

Тень. Совет вправе начинать административные расследования и откладывать уведомление о них: человек может не знать, что им занимаются. В Совет входит руководитель SIDE. Специалист по безопасности Клаудио Пандольфи из университета Ланус указывает, что SIDE получает возможность вести расследование без судебного контроля. Контекст добавляет план SIDE на 2025 год: в нём в число объектов интереса внесены те, кто может «подрывать доверие» к чиновникам, «манипулировать общественным мнением» или влиять на восприятие политики правительства. Почти те же слова стоят в стратегическом документе разведки и в проекте статьи Уголовного кодекса, и рядом они смотрятся неуютно.

Ни «дезинформация», ни «манипуляция», ни «скоординированная», ни «массовая» в тексте не определены

Список. RePET существует с 2019 года, он создан декретом при Макри. Сейчас в него попадают по судебному или прокурорскому решению, по спискам Совбеза ООН или по решению UIF о заморозке. Проект меняет порог: достаточно «разумных оснований подозревать» связь с терроризмом, уголовное дело не требуется. Включение немедленно замораживает активы и лишает права заключать договоры с государством. UIF затем уведомляет федерального судью, и тот подтверждает или отменяет меру. Исключать из реестра будет, в первую очередь, тот же UIF. Одновременно вводится новая статья: от пяти до пятнадцати лет за «материальную поддержку» террористических организаций. По данным elDiarioAR, Милей уже не раз обвинял в «терроризме» протестующих у Конгресса, так что вопрос, кого будут записывать в подозреваемые, не выглядит праздным.

Улица. Если больница, электросеть или банк объявлены «критической инфраструктурой», а армии разрешено готовиться к её защите, возникает вопрос про забастовки и блокады. В проекте прямого ответа нет, и на него обратили внимание сразу несколько специалистов.

Паспорт. Статья 106 запрещает иностранцам без постоянного вида на жительство и иностранным юрлицам «финансировать, организовывать, руководить или проводить» предвыборную агитацию и пропаганду. Формулировка очень широкая, а до выборов 2027 года остаётся около года. Как будет оцениваться, например, пост иностранца, который призывает голосовать за кого-то, или аналитический ролик о кандидате? Ответа тоже нет.

Статьи, которые касаются людей

Из 133 статей эти восемь блоков определяют, кому и за что можно заморозить счёт, посадить или включить в реестр.

Норма	Что вводит	Последствие	Кто в зоне внимания (наша оценка)
Ст. 88, 90Раздел IV	«Угроза национальной безопасности»: действие иностранного государства или организации либо того, кто работает по их поручению, под контролем, на их деньги или в их интересах. Отдельно: влияние на решения властей «скрытыми, обманными или принудительными» средствами.	Штрафы 30–180 тыс. UVAотзыв лицензий и контрактовзапрет работать с государством	НКО с иностранными грантами, компании, издания, частные лица
Ст. 97Раздел IV	Срочные меры при «тяжёлой и неминуемой» угрозе: до начала процедуры Совет может ограничить платежи, заморозить средства и активы, приостановить контракты и разрешения.	Заморозка до судаобжалование меры не останавливает	Тот, кого Совет признает угрозой
Ст. 106Раздел VI	Иностранцы без постоянного вида на жительство и иностранные юрлица не могут финансировать, организовывать, вести и проводить предвыборную агитацию и пропаганду.	Штрафы, привязанные к сумме	Иностранные блогеры, аналитики, журналисты, организации
Ст. 109Раздел VI	Передача секретов иностранному государству или его разведке. Нужны умысел и связь с иностранным актором.	5–15 лет8–20 лет в конфликте	Чиновники, военные, те, кто работает с закрытой информацией
Ст. 110Раздел VI	Сознательная материальная помощь тайной операции иностранной разведки в Аргентине: ресурсы, документы, личности, помещения, техника.	3–10 лет	Посредники, подрядчики, арендодатели, помощники
Ст. 111Раздел VI, ст. 225 bis УК	Действия по поручению, приказу или на полное либо частичное финансирование иностранного государства, организации или агента, чтобы изменить ход выборов или «манипулировать общественным мнением скоординированными кампаниями массовой дезинформации». Определений в тексте нет.	5–12 лет8–15 лет при угрозах, подкупе, принуждении, преступных структурах	Журналисты, блогеры, издатели, кампейнеры, НКО
Раздел VIIRePET	Реестр «связанных с терроризмом» переходит в закон. Включение по «разумным подозрениям», без уголовного дела. Тут же заморозка активов и запрет на госдоговоры, судья подтверждает позже, исключает из реестра сам UIF. Новая статья про «материальную поддержку» терроризма.	Заморозка сразу5–15 лет за «материальную поддержку»	Организации и люди, названные властью «связанными с терроризмом», их жертвователи
Ст. 20 закона об оборонеРаздел V	Армия готовится к защите «критической инфраструктуры», которую определит Совет: здоровье, безопасность, оборона, экономика, энергетика, финансы. Про забастовки и блокады в проекте прямого ответа нет.	Вопрос открыт	Профсоюзы, протестующие, работники «критических» отраслей

Источники: тексты законов и пересказы текстов законопроектов в Chequeado, elDiarioAR, Análisis Digital, El Cronista, La Nación, MercoPress и Página/12.

Кто что говорит

Критиковать закон начали в день внесения, и критиков оказалось неожиданно много из разных лагерей.

Директор по судебной работе CELS Диего Моралес сформулировал претензию так: проект использует тему с огромным общественным консенсусом, чтобы протащить куда более широкую повестку безопасности, хотя никакой ситуации риска, которая бы её оправдывала, нет. Расширяются понятия «угрозы» и «агрессии», а вместе с ними поле для вмешательства армии и инструменты, сужающие «гражданское пространство», при этом у разведки становится больше денег и меньше контроля. Ветеранская организация CECIM из Ла-Платы видит возврат доктрины национальной безопасности и стирание границы между обороной и внутренней безопасностью, которую страна выстрадала после диктатуры. Бывший министр обороны Агустин Росси называет проект «автобусом» и предлагает, если президент хочет менять систему безопасности, внести для этого отдельный закон. Бывший министр безопасности Сабина Фредерик отмечает, что правительство хочет от парламента закрепить то, что уже ввело декретами.

Организации, которые работают с журналистами и гражданским обществом, сосредоточились на статье 111. Poder Ciudadano опасается, что под лозунгом борьбы с дезинформацией норма превратится в инструмент цензуры против журналистов и НКО, и замечает, что нечто похожее уже пытались провести в законе о лоббировании. FOPEA говорит о «конкретном риске для свободы слова», критикует размытость слов «манипуляция» и «дезинформация» и напоминает, что нормы, принятые под флагом суверенитета, в других странах региона и Восточной Европы кончались наказанием инакомыслия. Организация просит парламент пересмотреть статью. ADEPA заявила, что изучает текст, но заранее смотрит на него с беспокойством. На стороне критиков оказались и депутаты из разных фракций: Максимилиано Ферраро и Моника Фраде (Гражданская коалиция), Николас Тротта (Unión por la Patria), Мирьям Бреман (левые), Пабло Хулиано. Ферраро добавил ядовитый штрих: по его словам, если бы закон действовал, за решёткой оказался бы бывший цифровой стратег Милея Фернандо Серимедо, который сам признавал «негативные кампании» на выборах, а Бреман заметила, что кампании дезинформации в регионе чаще запускает ультраправая часть спектра. Это утверждения оппозиции, в тексте они не проверялись, но показывают, чем закончилась бы политическая дискуссия, если бы норма заработала.

проект вызвал скепсис даже внутри лагеря президента

Правительство отвечает довольно последовательно. Канцлер Пабло Кирно на телеканале A24 сказал, что закон не имеет отношения к ограничению свободы слова, а направлен на массовые кампании, организованные иностранным государством или организацией, и что похожие инструменты есть в США, Великобритании, Австралии, Сингапуре и Канаде.

Очень знакомая риторика, до боли: мы это слышали в России, Грузии, Парагвае. Но в итоге каждый раз закон занимается борьбой с инакомыслием, затыкает рты несогласным, преследует правозащитников, журналистов и оппозицию.

По его словам, аргентинское законодательство устарело, и без инструментов те, кто хочет повлиять на избирательную кампанию, «работают свободно». Советник президента Сантьяго Капуто, один из инициаторов проекта, заявил, что в нём нет ни одной строки против свободы слова. Правительственные источники, которых цитирует Infobae, подчёркивают, что решения Совета можно оспорить в суде, что предусмотрена процедура с правом на защиту и что парламент может «уточнить и изменить» текст. Угрозы, по их словам, поменялись: теперь это скрытые операции, «некинетические» воздействия на решения государства, а не только вооружённая агрессия. Есть и сторонники у части нового устройства: бывший министр обороны Хулио Мартинес (2015–2017) считает разумной идею Совета для координации разведки, обороны и киберзащиты и одобряет охрану стратегических объектов армией, хотя просит прописать формулировки точнее.

Отдельно любопытно, что проект вызвал скепсис даже внутри лагеря президента. Собеседник El Cronista из окружения Карины Милей назвал его мечтой тех, кто хочет построить «параллельное государство», и предрёк, что он не пройдёт. Так что итог голосования пока не очевиден.

Есть и то, что мы не услышали. К вечеру 21 сентября мы не нашли публичных заявлений по этому законопроекту от Amnesty International, Human Rights Watch, CPJ или Межамериканской комиссии по правам человека. Они могли ещё не выйти, и мы искали в открытых источниках. По законопроекту о лоббировании, как ниже видно, Amnesty высказалась быстро.

Второй закон: лоббизм

Пока внимание обращено на Мальвины, важно помнить, что у этого закона есть старший брат. 26 мая правительство внесло в ту же Палату депутатов проект «Ley de Transparencia y Publicidad de la Gestión de Intereses» (Mensaje 178/2026). Подписали Милей, тогдашний глава кабинета Мануэль Адорни, министр внутренних дел Диего Сантильи и министр безопасности Алехандра Монтеолива. Формально это закон о лоббировании по американской модели. До сих пор Аргентине хватало декрета 2003 года, который создал реестр аудиенций, и то только в исполнительной власти. Идею регулировать лоббизм поддерживают почти все: с 2003 года в Конгресс вносили 29 таких проектов от самых разных фракций. Ферраро съязвил, что закон о лоббировании сэкономил бы стране немало нервов и денег на афере $LIBRA.

Закон о лоббировании: разбор

Формально это закон о прозрачности по американской модели. Критики читают его как закон о надзоре за теми, кто разговаривает с властью, в первую очередь за гражданским обществом.

Два реестра

Публичный реестр лоббистов: записаться надо до начала работы, указав клиентов или бенефициаров и темы. Реестр контактов чиновников: кто, когда и о чём встречался, запись в течение пяти рабочих дней.

Широкое определение

«Управление интересами» — любое продвижение, представительство, посредничество, консультирование или «воздействие» на публичное решение. С прибылью или без, платно или бесплатно.

Иностранные интересы

Отдельно раскрывается деятельность за счёт, по поручению или в пользу иностранных правительств, партий, госкомпаний, зарубежных компаний и нерезидентов. Власти могут запросить доп. документы по соображениям обороны и разведки.

Наказания

Штрафы от 5 до 500 минимальных зарплат, до 2000 при отягчающих. Тюрьма от шести месяцев до трёх лет за работу без регистрации, сокрытие бенефициаров или «тайное» представительство иностранных интересов.

Исключения

Журналистика, наука, академическая деятельность, обращения граждан, но только если они не нацелены на влияние на конкретное решение.

Что есть хорошего

Чиновники раскрывают свои встречи. Бывшим чиновникам на два года запрещено лоббировать в своём ведомстве. Идею регулировать лоббизм поддерживают почти все: с 2003 года внесено 29 проектов.

26из 26

выступавших на слушании 10 июня не поддержали текст в том виде, в каком его прислало правительство.

Кто возражалPoder CiudadanoAmnesty ArgentinaFOPEAFundarRACI (280+ организаций)Fundación HuéspedColegio Público de la AbogacíaAmChamUIAADIMRA

Определение слишком широкое

Звонок или письмо депутату с просьбой изменить политику уже могут попасть под закон, считают в Poder Ciudadano и Fundar.

Международные деньги как «иностранный интерес»

Организации, получающие средства фондов и агентств сотрудничества, оказываются в одной категории с представителями иностранных правительств.

Орган контроля зависим

Ключевые понятия отданы регламенту, который пишет исполнительная власть. Регистрацию можно одобрить, отклонить или затянуть.

Что с проектом

26 маяПроект внесён

10 июняСлушание: 26 из 26 против

16 июняЗаключение отложено

12 июля«Застой», новостей нет

Источники: La Nación (26 мая, 2, 9 и 16 июня), El Cronista (26 мая, 12 июля), Letra P. Детали по пересказам: в изданиях сроки регистрации встреч расходятся (пять и десять рабочих дней).

Что предлагает текст, по версии La Nación, El Cronista и Letra P:

Определение «управления интересами» (gestión de intereses) охватывает любую деятельность по продвижению, представительству, посредничеству, консультированию или «воздействию» на публичное решение, которую ведут люди или организации, с прибылью или без, платно или бесплатно. Решениями считаются не только законы, но и госзакупки, субсидии, налоговые льготы, лицензии, назначения. В американской и чилийской моделях лоббист получает деньги за свою работу, а здесь платность необязательна. Работать в этой сфере можно только после регистрации в публичном реестре, в котором нужно указать личность, налоговый номер, клиентов или конечных бенефициаров и темы, на которые человек хочет влиять. Чиновникам запрещено общаться с теми, кто обязан зарегистрироваться и не зарегистрировался. Чиновники, в свою очередь, ведут свой реестр контактов: кто, когда, о чём (в течение пяти рабочих дней после встречи). Ежеквартально лоббисты отчитываются о всех встречах. Бывшим чиновникам на два года запрещается лоббировать в своём ведомстве.

В главе про «иностранные интересы» лоббист обязан раскрыть, если действует по поручению, за счёт или в пользу иностранных правительств, партий, госкомпаний, организаций под контролем иностранных государств, зарубежных компаний или нерезидентов: назвать бенефициара, страну и характер связи. Власти могут по «соображениям обороны, безопасности, разведки и внешних сношений» запрашивать дополнительные документы. Санкции: штрафы от 5 до 500 минимальных зарплат, при отягчающих обстоятельствах до 2000, и лишение свободы от шести месяцев до трёх лет за деятельность без регистрации, сокрытие бенефициаров или «тайное» представительство иностранных интересов в чувствительных сферах (оборона, ресурсы, критическая инфраструктура). Исключения есть для журналистики, науки и академической деятельности, а также для права личного обращения, но только если эти виды деятельности не ставят целью повлиять на конкретное решение.

26 из 26 выступавших на слушании не поддержали закон о лоббировании

Критика пришла со всех сторон. Директор Poder Ciudadano Пабло Секки говорит, что звонок или письмо депутату с просьбой изменить политику уже могут подпасть под закон, и называет проект не регулированием корпоративного лоббизма, а криминализацией участия граждан. Информация из реестра позволила бы власти давить на чиновников и советников, которые встречаются с гражданским обществом, придерживающимся других взглядов. RACI, федерация из 280 с лишним организаций, предупреждает о стигматизации, нагрузке и политическом использовании реестров и отдельно называет опасной категорию «иностранных интересов», куда попадают деньги международных фондов и агентств сотрудничества. 9 июня FOPEA, Fundar, Poder Ciudadano и Amnesty Argentina выпустили совместный документ, назвав закон «participación vigilada» (участие под надзором). Организации указывают на «постоянный государственный надзор», особенно за критиками правительства; на зависимость органа контроля; на то, что значимые понятия оставлены регламенту, который напишет исполнительная власть; на возможность у государства одобрять, отклонять или затягивать регистрацию; на штрафы, которые для транснациональных компаний «незначительны», а для местных НКО «неподъёмны». Журналистская оговорка, по их мнению, написана «двусмысленно и условно», и это особенно опасно для расследовательской журналистики и защиты источников. Глава Fundación Huésped Леандро Кан сказал, что проект «ложно» приравнивает международное сотрудничество к представительству иностранных интересов. Столичная адвокатура назвала проект «криминализацией права обращаться к властям». Бывшая заместитель главы UIF Мария Эухения Талерико назвала тюремные сроки «абсолютно несоразмерными». Возражали и предприниматели: AmCham просит не считать автоматически «иностранным интересом» компанию с иностранными акционерами, UIA считает, что раскрывать конечных бенефициаров иногда невыполнимо, а ADIMRA напоминает, что закон не отличает лоббизм корпораций от технических контактов отраслевых палат.

На слушании 10 июня выступили 26 приглашённых, и ни один не поддержал текст в присланном виде. Правительство хотело получить заключение комиссий 17 июня и вынести закон в зал 24 июня. Не вышло: партия власти отложила заключение и начала переговоры с диалоговыми фракциями. Гражданская коалиция, Encuentro Federal, Provincias Unidas и часть радикалов пишут альтернативу, где меньше уголовных норм, точнее определения, журналистам прописана защита, а независимость надзорного органа усилена. На 12 июля El Cronista описывал ситуацию как «застой». Это последнее, что нам удалось найти. Отдельная интрига: по Буэнос-Айресу ходили разговоры, что за проектом стоит просьба администрации Трампа (Letra P ссылалась на источники в партии власти). Министерство дерегулирования ответило El Cronista, что это не так, но признало, что по подписанному 5 февраля торговому соглашению Аргентина взяла обязательства по «хорошим регуляторным практикам»: публиковать проекты норм и открывать их для консультаций. Соглашение пока не вступило в силу, потому что его не одобрил Конгресс.

Как две бумаги стыкуются в одну

Читать законы по отдельности можно, но полезнее видеть, что общего у них в схеме.
Сначала определяется «иностранное», и как можно шире: государство, партия, госкомпания, организация, «агент», зарубежная фирма, нерезидент. Дальше к нему привязываются деньги: «по поручению», «за счёт», «в пользу», «полное или частичное финансирование». Затем к деньгам привязывается речь: «влияние», «манипуляция общественным мнением», «дезинформация». Судить о том, вышло ли за границу дозволенного, будет орган исполнительной власти: Совет, реестр, «уполномоченный орган». Санкцию можно применить сразу, а суд подключится позже.

лоббистский проект застрял в июне и июле, а элементы «иностранного влияния» вернулись в сентябре под красивым флагом Мальвин

В законе о лоббировании иностранный интерес служит обязанностью раскрыть (но за сокрытие грозит тюрьма). В законе о суверенитете он становится основанием для санкции и элементом состава преступления. В первом случае адресат — любой, кто общается с чиновниками. Во втором — любой, кто говорит, пишет, организует или получает деньги. Poder Ciudadano прямо отметила, что в новый проект переносят то, что не вышло провести в других, в частности в законе о лоббировании. Это её оценка, но совпадение по времени бросается в глаза: лоббистский проект застрял в июне и июле, а элементы «иностранного влияния» вернулись в сентябре под красивым флагом Мальвин. Мы называем это гипотезой, пруфов, что так и задумывалось, нет.

Ещё стоит помнить, что многие рычаги работают без закона. Реестр RePET существует с 2019 года. Аккредитацию журналистов можно приостановить решением администрации, что и было сделано в апреле. Стратегический план разведки 2025 года уже включает «подрыв доверия к чиновникам». Закон о суверенитете даёт этим практикам юридическую опору и более жёсткие последствия. Он выглядит скорее как формализация уже начатого, чем как революция.

Соседи: законы, которые уже работают, и те, что на подходе

Аргентина не изобретала ничего нового. В марте 2026 года Amnesty International выпустила доклад «Rompiendo el tejido social» («Разрывая социальную ткань») о законах против НКО в шести странах региона: Никарагуа, Венесуэле, Сальвадоре, Парагвае, Перу и Эквадоре. Идеологически они разные, и в этом суть. Никарагуа и Венесуэла с их левым авторитаризмом, Букеле, колорадо в Парагвае, фухиморизм в Перу, Нобоа в Эквадоре: список получился по-своему справедливым. Нашлись общие черты: перед законом идёт кампания стигматизации, где организации называют «антипатрией» и «внутренним врагом», принимается он в спешке и без консультаций, определения размыты, реестры превращаются в систему предварительного разрешения, финансовый контроль ужесточается, санкции включают роспуск, а критики получают уголовные дела.

Где такие законы уже работают

Схематичная карта региона: цвет показывает статус закона об НКО, «иностранных агентах» или иностранном влиянии. Выберите страну, чтобы увидеть детали.

Закон действует и применяетсяПринят, но применение оспаривают или тормозятПроект, указ или предложениеПохожих законов не нашли

Источники: Amnesty International («Rompiendo el tejido social», 23 марта 2026), Human Rights Watch, WOLA, FIDH, DPLF, Infobae, Primicias, Red Uno, La Nación и др. Серые страны: в открытых источниках похожих проектов не нашли, это не доказательство их отсутствия.

Никарагуа: прототип. Закон № 1040 об иностранных агентах приняли 15 октября 2020 года (70 голосов) и опубликовали 19 октября. Зарегистрироваться должен любой человек или организация, которые работают по указанию, под контролем или на деньги иностранной стороны, полностью или частично, прямо или косвенно. Закон охватывает и тех, кого называет «специалистами по связям с общественностью»: тех, кто разрабатывает коммуникационные стратегии, проводит мероприятия и ведёт «мониторинг СМИ» для иностранного заказчика. «Агентам» запрещено финансировать любые организации, ведущие внутреннюю политическую деятельность, и занимать государственные должности. Подзаконный акт от 29 января 2021 года ввёл штрафы от 300 до 500 тысяч долларов, приостановку и отмену юрлица. МКПЧ потребовала закон отменить. Организации жаловались, что регистрироваться пробовали, но ведомство отказывалось принимать документы. В 2022 году к закону об «агентах» добавился закон № 1115 об НКО. По Amnesty, с 2018 года на этой правовой базе отменена регистрация более чем у 5 634 организаций из 7 227.

Венесуэла: «суверенитет» был и раньше. Ещё закон 2010 года «о защите суверенитета и национального самоопределения» штрафовал партии и НКО, защищающие гражданские и политические права, за иностранное финансирование. Название напоминает. В 2024 году появился закон о надзоре над НКО: принят Национальной ассамблеей 15 августа, опубликован в конце года. Организациям потребовалось разрешение государства, в котором можно отказать по источникам финансирования, по «политическим критериям» или из-за «предполагаемой террористической угрозы». Статья 23 предусматривает реестр людей и организаций, «подозреваемых в действиях, противоречащих ценностям государства», с превентивными мерами вплоть до изъятия имущества (WOLA). Организации обязали подать списки доноров и переписать уставы к февралю и маю 2025 года. Закон действует и после захвата Мадуро в январе 2026 года. 2 июля группы гражданского общества потребовали от исполняющей обязанности президента Делси Родригес отменить его после землетрясений 24 июня, потому что он практически лишает возможности регистрировать гуманитарные организации, тем более иностранные. По данным Infobae, регистрационное ведомство остаётся узким местом даже для бизнес-палаты Fedecámaras.

Сальвадор: самый свежий и самый жёсткий. Закон об иностранных агентах приняли 20 мая 2025 года, он вступил в силу в сентябре. Агентом считается любой, кто отвечает интересам иностранного принципала, находится под его контролем либо прямо или косвенно им финансируется. Реестр (RAEX) находится при министерстве внутренних дел и сам определяет требования, исключения и санкции: он может замораживать счета, запрещать деятельность и лишать статуса юрлица. Каждое иностранное поступление облагается налогом 30%. Власти уверяют, что никому не запрещают работать, а деньги уйдут на общественные проекты. На практике после закона объявили о прекращении деятельности Cristosal (в июле), ассоциация журналистов APES (в сентябре, назвав требования «удушающими»), FESPAD и Fudecso. По данным Human Rights Watch и AP, это минимум четыре организации. Всё происходит на фоне исхода журналистов из страны (по данным LatAm Journalism Review). Параллельно задерживали критиков: юристу Энрике Анайе предъявили обвинение в «отмывании денег», сотрудницу Cristosal Рут Лопес задержали. В делах против критиков всё чаще появляются финансовые обвинения.

В Парагвае такой закон в народе называют «ley garrote» — законом-дубинкой

Парагвай: «ley garrote». Закон «об установлении контроля, прозрачности и подотчётности некоммерческих организаций» сенат одобрил 9 октября 2024 года (31 голос), президент Сантьяго Пенья подписал 15 ноября. Закон создаёт национальный реестр НКО, включая иностранные (ст. 7), и в стране его называют «ley garrote», законом-дубинкой. Специальный докладчик CIDH по свободе выражения мнения предупреждал об избыточной нагрузке, а спецдокладчица ООН по свободе объединений Джина Ромеро направила Пенье письмо. Из-под контроля вывели международные организации, партии и церкви, что критики сочли странным. Регламент вышел 23 октября 2025 года, а Amnesty Paraguay подала иск о неконституционности. Очень важно, что закон написан очень общими словами и его применение при желании может затронуть любого человека, что сотрудничает с НКО, правозащитными организациями и журналистами. Из-за этого закона мы и уехали из Парагвая, потому что жить под дубинкой в сотни тысяч долларов (такие там штрафы прописаны) — нам совсем не хотелось.

Перу: запрет судиться на иностранные деньги. Закон 32301 подписан в апреле 2025 года. Он требует от НКО получить «предварительное согласие» агентства APCI на проекты, считает «очень серьёзным нарушением» использование денег международного сотрудничества для юридических действий против государства и грозит штрафом до 500 налоговых единиц (около 2 миллионов солей, порядка 540 тысяч долларов) или отменой регистрации. Под удар попадают правозащитные организации, которые представляют жертв государственного насилия. В январе 2026 года суд признал неприменимыми три нормы (согласие и запрет судиться), но оставил в силе штрафы, и решение касалось только Instituto de Defensa Legal (IDL), в чьи структуры входит и расследовательская редакция IDL-Reporteros. С 28 июля страну возглавляет Кейко Фухимори: по оценке El Espectador, этот закон в основном продвигал фухиморизм в Конгрессе.

Эквадор: 28 дней и замороженные счета. «Органический закон о социальной прозрачности» приняли 26 августа 2025 года по «срочной экономической» процедуре за 28 дней. НКО поставили под контроль надзорного органа SEPS, обязали регистрироваться в течение 180 дней (иначе приостановка), а финансовая разведка UAFE получила право замораживать счета без судебного приказа при «объективных, серьёзных и проверяемых признаках» подозрительных операций, с судебной проверкой задним числом. С 19 сентября 2025 года, в разгар протестов против отмены субсидий на дизельное топливо, UAFE заморозила счета индигенных и экологических организаций и их лидеров, в том числе бывших. Президент Даниэль Нобоа заявил, что деньги предназначались для «дестабилизации» страны, при этом власти говорили и о рисках отмывания денег и незаконной добычи. Часть организаций остановила образовательные и медицинские программы. В феврале 2026 года Конституционный суд принял иски к рассмотрению.

Цифры, которые стоит запомнить

Аргентинские проекты пока не приняты, а в соседних странах законы уже дали результаты, которые можно посчитать.

Аргентина: что записано в проектах

40 из 133

статей закона о суверенитете посвящены Мальвинам, остальные 93 нет

Chequeado, El Cronista

5–12 лет

тюрьмы по статье 111 за «массовую дезинформацию» на иностранные деньги

La Nación, Infobae

26 из 26

выступавших на слушании о лоббировании не поддержали текст

La Nación

до 3 лет

тюрьмы по законопроекту о лоббировании за работу без регистрации или сокрытие иностранных интересов

La Nación

Регион: что уже произошло

78%

организаций в Никарагуа лишились регистрации с 2018 года: 5 634 из 7 227, по данным Amnesty.

5 634 лишены регистрации1 593 остались

Amnesty International, «Rompiendo el tejido social», 23 марта 2026.

30%

налог на иностранные поступления НКО и СМИ в Сальвадоре

FIDH, HRW

$500 000

максимальный штраф по подзаконному акту к никарагуанскому закону об иностранных агентах

CIDH, Confidencial

$540 тыс.

максимальный штраф в Перу за трату иностранных денег на иски против государства (500 UIT)

Infobae

28 дней

от внесения до принятия закона об НКО в Эквадоре: срочная экономическая процедура

180 дней

срок регистрации НКО в Эквадоре, иначе приостановка деятельности

Закон о социальной прозрачности

4 и больше

организаций закрылись в Сальвадоре после вступления закона в силу

HRW, AP

Курс: 500 UIT около 2 миллионов солей, порядка 540 тысяч долларов (по оценке Infobae).

Гватемала: раньше всех, но тише. Изменения закона об НКО приняли в феврале 2020 года, в силу они вступили в июне 2021-го. Они разрешают правительству отменять регистрацию НКО без суда и без механизма защиты, а иностранные деньги нельзя использовать на деятельность, которая «нарушает общественный порядок». В мае 2021 года Конституционный суд, состав которого обновился, снял препятствия.

Боливия: указ вместо закона. 10 августа 2026 года президент Родриго Пас подписал указ № 5673: Единый национальный реестр (RUN) охватывает НКО и национальные и иностранные фонды, регистрация обязательна для проектов сотрудничества, за движением средств следит Вице-министерство государственных инвестиций и внешнего финансирования, а результаты оцениваются на «соответствие планам развития». При «рассогласовании» организацию уведомляют о корректирующих мерах.

Чили: два проекта и один скандал. По данным Observatorio Ciudadano, правительство Хосе Антонио Каста продвигает два законопроекта о контроле над финансированием и прозрачностью НКО, и организации, защищающие территории, видят в них давление. Фон другой, чем в предыдущих случаях: в Чили случился реальный скандал «Caso Convenios» (более 30 НКО и свыше 60 миллиардов песо бюджетных денег). Проект, который после него готовили (по данным CNN Chile), предусматривает единый публичный реестр, санкции против организаций и лишение директоров права занимать должности до трёх лет. Это нормы про внутренние деньги, а не про иностранные, и отличать их от иноагентских стоит.

Бразилия: шесть законопроектов. Как минимум шесть проектов, по данным Gazeta do Povo на 2024 год, предлагают ограничить и сделать прозрачным иностранное финансирование НКО, часть из них под лозунгом суверенитета. Их статус в 2026 году мы не проверяли. Выборы 4 октября, а вот что будет после — посмотрим.

Гондурас: тревожный гражданский климат без отдельного закона. Мониторинг CIVICUS уже несколько лет держит Гондурас в тревожной категории и в прошлом включал его в свой Watch List — но из-за насилия против журналистов и правозащитников, коррупции эпохи Хуана Орландо Эрнандеса и слабой защиты активистов, а не из-за закона об иностранных агентах: такого закона или похожего законопроекта мы не нашли ни в реестре проектов Национального конгресса, ни в обзорах CIVICUS, WOLA и IPYS. Мартовский доклад Amnesty про шесть стран Гондурас не называет вовсе. 27 января 2026 года в стране сменилась власть: президентом стал Насри Асфура от Национальной партии вместо Хиомары Кастро.

Мексика: поправку уже приняли. 21 мая Рикардо Монреаль из Morena внёс в Конгресс пакет об «иностранном вмешательстве»: новое основание для отмены выборов, если доказаны финансирование, дезинформация, кибератаки или дипломатическое давление из-за рубежа. Дальше всё случилось быстро. В ночь на 29 мая Сенат принял поправку к статье 41 Конституции (85 голосов «за», 42 «против» от PAN, PRI и Movimiento Ciudadano) и в тот же день отправил её в парламенты штатов. Меньше чем за сутки её одобрили больше двадцати из них, 1 июня Постоянная комиссия Конгресса объявила поправку конституционной, 2 июня её опубликовали, и с 3 июня она действует. Президент Шейнбаум поддержала идею ещё в феврале, говоря о «реальном риске» вмешательства.

Оппозиция в Сенате назвала поправку способом наказывать издания за неудобные репортажи о коррупции и наркогосударстве, а не защитой от вмешательства. Формулировка действительно широкая: «дезинформация», «манипуляция» и «дипломатическое давление» не определены, а решать будет избирательный трибунал TEPJF, часть судей которого получила по этой же реформе право на ещё один срок. При этом закон, который должен прописать процедуру и критерии, палата депутатов решила обсуждать не раньше очередной сессии с 1 сентября, и по данным Excélsior на 5 сентября, 27 из 32 конгрессов штатов так и не привели к этому сроку свои нормы в соответствие. Так что поправка в силе, а правила её применения всё ещё не написаны. Это не закон про НКО, но логика та же, что у остальных стран раздела: определение «иностранного вмешательства» такое широкое, что критика в зарубежных СМИ по нему формально может стать основанием для отмены выборов.

Законы об НКО и «иностранном влиянии»: сравнение

Тринадцать норм и проектов в двенадцати странах региона. Сверху те, что уже работают, ниже те, что оспариваются или только обсуждаются.

Страна	Норма	Механизм	Что уже видно	Статус
🇳🇮Никарагуа	Закон 1040 об иностранных агентах (15 октября 2020), закон 1115 об НКО (2022)	реестрштрафы до $500 000роспуск	Регистрации лишены 5 634 из 7 227 организаций с 2018 года	Действует
🇻🇪Венесуэла	Закон о надзоре над НКО (принят 15 августа 2024)	разрешениереестр «подозреваемых»отчёт о донорах	Организации закрываются или уезжают; в 2026 просят отменить закон	Действует
🇸🇻Сальвадор	Закон об иностранных агентах (20 мая 2025, в силе с сентября)	реестр RAEXналог 30%заморозка счетовроспуск	Закрылись Cristosal, APES, FESPAD, Fudecso; задержаны критики	Действует
🇪🇨Эквадор	Закон о социальной прозрачности (26 августа 2025)	регистрация за 180 днейзаморозка счетов без суда	С 19 сентября 2025 заморожены счета индигенных и экологических организаций и лидеров	Действует, иски в суде
🇬🇹Гватемала	Изменения закона об НКО (февраль 2020, в силе с июня 2021)	отмена регистрации без судаконтроль средств	В найденных источниках данных о массовом применении нет	Действует
🇵🇾Парагвай	Закон о контроле и прозрачности НКО (15 ноября 2024), регламент 23 октября 2025	реестротчётность	Иск о неконституционности; партии и церкви освобождены от отчётности	Оспаривается
🇵🇪Перу	Закон 32301 об APCI (апрель 2025)	предварительное согласиезапрет судиться на иностранные деньгиштраф до 500 UIT	В январе 2026 три нормы признаны неприменимыми для IDL, штрафы остались в силе	Оспаривается
🇲🇽Мексика	Поправка к статье 41 Конституции: принята, действует с 3 июня 2026	аннулирование выборовиностранное вмешательство	Закон с процедурой применения отложен до сентября; штаты не успели с нормами	Принята, применение не прописано
🇧🇴Боливия	Указ 5673 (10 августа 2026)	реестрмониторинг средствоценка «соответствия планам»	Указ новый, применение пока не видно	Указ в силе
🇨🇱Чили	Два законопроекта правительства Каста; проект после скандала Caso Convenios	реестрсанкциилишение директоров права занимать должности	Про внутренние деньги; экологи опасаются давления	Обсуждается
🇧🇷Бразилия	Не менее шести законопроектов (данные 2024)	ограничение и прозрачность иностранных денег	Статус в 2026 году не проверен	Проекты
🇦🇷Аргентина, суверенитет	Закон о защите национального суверенитета (внесён 17 сентября 2026)	Совет безопасностисрочные мерыстатья 111RePET	Три комиссии Палаты депутатов; обсуждение ожидается на неделе 7 октября	Проект
🇦🇷Аргентина, лоббизм	Закон о прозрачности управления интересами (внесён 26 мая 2026)	реестры«иностранные интересы»тюрьма до трёх лет	26 из 26 выступавших против; с июля «застой»	Проект

Источники: Amnesty International, Human Rights Watch, WOLA, FIDH, DPLF, CIDH, Infobae, ABC Color, Primicias, GK, Gestión, Red Uno, La Nación, Chequeado, El Universal, La Razón, Excélsior, CIVICUS.

Иноагенты бывают разные: шесть вопросов к любому закону

Прозрачность иностранного финансирования сама по себе не преступление. В США с 1938 года действует закон FARA, который обязывает людей, работающих на иностранного принципала и ведущих политическую деятельность, регистрироваться. Тревожит не идея, а дизайн. Венецианская комиссия, консультативный орган Совета Европы, в заключении по российскому закону 2021 года сравнила его с американским. Главное отличие: по FARA человек должен действовать «в интересах» иностранного принципала, а в российском законе в большинстве случаев доказывать такую связь не нужно.

Достаточно иностранных денег, пусть и небольших. ICNL, международная организация, изучающая право НКО, описывает российскую конструкцию так: организация, получающая деньги из-за границы и занимающаяся широко понимаемой «политической деятельностью», получает ярлык и попадает под жёсткую отчётность. Комиссия отдельно писала, что такой ярлык чаще подрывает прозрачность, чем усиливает: он стигматизирует организации и вводит публику в заблуждение насчёт их связей. Европейский суд по правам человека признал российский закон нарушающим права человека. Суд ЕС в 2020 году заставил Венгрию отменить закон 2017 года, а в 2023-м венгерское правительство вернулось к теме законом о «защите суверенитета». В Грузии критерий формальный: организации, получающие от иностранных доноров больше 20% средств, обязаны регистрироваться как «отстаивающие интересы иностранной державы».

Тревожит не идея, а дизайн

Из этого получаются шесть вопросов, которые можно задать любому тексту, аргентинскому в том числе:

Нужно ли доказать, что человек действует в интересах иностранного принципала, или достаточно иностранных денег?
Сколько денег достаточно: всё, часть, косвенные поступления?
Кого охватывает: профессиональных лоббистов или всё гражданское общество, СМИ и частных лиц?
Что происходит после регистрации: раскрытие информации или ярлык, налог, ограничения?
Кто решает и как это обжаловать: суд или исполнительная власть, и останавливает ли жалоба действие меры?
Наказывается нераскрытие или сама речь?

Тест на «иноагента»

Шесть вопросов, по которым Венецианская комиссия и ICNL отличают закон о раскрытии иностранного влияния от закона, которым можно давить на критиков. Чем краснее ячейка, тем ближе конструкция к российской.

ближе к узкой раскрывающей моделиспорно или зависит от деталейближе к российской модели

	США: FARA	россия	Сальвадор	Аргентина: суверенитет	Аргентина: лоббизм
Нужно доказать, что человек действует в интересах иностранного принципала?	Да. Агент должен действовать «в интересах» принципала	В большинстве случаев нет. Достаточно иностранной поддержки	Нет. Достаточно, чтобы деятельность отвечала интересам иностранного принципала или им финансировалась	Связь нужна, но хватает «поручения, приказа или финансирования»	«За счёт, по поручению или в пользу» иностранных структур
Сколько иностранных денег достаточно?	Деньги сами по себе агентом не делают	Любая иностранная поддержка	Прямое или косвенное финансирование	Полное или частичное финансирование (ст. 111)	В пересказах не уточняется
Кого охватывает?	В основном профессиональных агентов, лоббистов и консультантов	НКО, СМИ, журналистов, частных лиц	Любого человека и организацию, включая СМИ	Любого, кто действует; журналисты и НКО не исключены	Любого, кто влияет на решение, с прибылью или без
Что происходит после регистрации или признания?	Раскрытие информации в реестре	Ярлык, ограничения, штрафы	Реестр, налог 30%, санкции	Санкции Совета, срочные меры, заморозка	Реестр, отчёты, штрафы
Кто решает и как это оспорить?	Минюст США, суд	Минюст рф, исполнительная власть	RAEX при МВД, исполнительная власть	Совет во главе с президентом; обжалование меру не останавливает	Орган контроля, независимость под вопросом
Наказывается нераскрытие или сама речь?	Нераскрытие: до пяти лет и штраф $250 тыс.	Нераскрытие и нарушения режима	Нераскрытие: штрафы, заморозка, отмена статуса	И нераскрытие, и сама «кампания»: 5–12 лет	Нераскрытие: штрафы и тюрьма от полугода до трёх лет

Критерии: Venice Commission, CDL-AD(2021)027; ICNL; Open Society Foundations. Данные по Сальвадору: FIDH; по США: ICNL, Conjur. Аргентинские проекты оценены нами по пересказам, ячейки отражают нашу оценку, а не позицию авторов законов. Для россии использованы общие описания закона, детали санкций не сравнивались.

Аргентинские проекты по этому тесту получаются смешанными. Статья 111 требует связи с иностранным принципалом («по поручению, приказу или финансированию»), и это отличает её от российской модели. Но связь может быть чисто финансовой, и достаточно частичного финансирования. В разделе IV признаки перечислены через «или»: по поручению, под контролем, на деньги или в интересах иностранного актора, и любого из них достаточно. В лоббистском законе иностранным интересом считается деятельность «за счёт или в пользу» иностранных структур. Охват в обоих случаях шире, чем у FARA, который, по оценке исследователей, в основном бьёт по профессиональным лоббистам и политическим консультантам. В разделе IV решает Совет во главе с президентом, а обжалование не останавливает меры. И наказывать по статье 111 предлагается не за нераскрытие, а за само действие: за «кампанию», грань которой с легитимной критикой проходит по слову «манипуляция». Максимальная ответственность за нераскрытие по FARA — до пяти лет и штраф 250 тысяч долларов. Здесь нижний порог наказания — пять.

Максимальная ответственность за нераскрытие по АМЕРИКАНСКОМ ЗАКОНУ — до пяти лет и штраф 250 тысяч долларов. Здесь нижний порог наказания — пять лет

Региональный стандарт тоже заметен. Специальный докладчик CIDH по свободе выражения напоминал Парагваю, что государства обязаны поощрять и облегчать доступ правозащитных организаций к национальному и иностранному финансированию и воздерживаться от его ограничения. Международная группа по финансовым мерам (FATF) требует, чтобы меры в отношении НКО были целевыми, соразмерными и основанными на оценке риска и не мешали законной деятельности. Amnesty в мартовском докладе призывает FATF и доноров не допускать, чтобы финансовые стандарты служили предлогом для ограничения гражданского общества. Эквадор и Парагвай оправдывали свои законы именно борьбой с отмыванием денег.

Кому это опасно и как именно

Всё, что ниже, это наша оценка на основе текстов законопроектов, критики специалистов и практики других стран. Аргентинские проекты пока не приняты, а в соседних странах законы действуют по-разному. Это не юридическая консультация.

Кому что грозит

Шесть механизмов давления, восемь ролей. Оценка наша: по текстам законопроектов, критике специалистов и практике соседних стран. Это не юридическая консультация.

ВысокийСреднийНизкийЗависит

Кто	Иностранные деньги как основание	«Дезинформация» и «манипуляция мнением»	Решение чиновника, закрытое расследование	Реестры, списки, разрешения	Запрет судиться на иностранные деньги	Статус: гражданство и ПМЖ
Сотрудник или руководитель НКО	ВысокийAR, SV, EC, NI	СреднийAR: ст. 111	ВысокийAR, SV, NI, VE	ВысокийAR, PY, VE, EC, BO	СреднийPE	Низкий—
Волонтёр, подрядчик, консультант НКО	СреднийAR, SV, EC	НизкийAR	СреднийAR, SV	СреднийAR: лоббизм	СреднийPE	Низкий—
Журналист в редакции с иностранными деньгами	ВысокийAR, SV	ВысокийAR: ст. 111	СреднийAR: аккредитации	СреднийAR: лоббизм	Низкий—	Низкий—
Независимый журналист, фрилансер	СреднийAR, SV	ВысокийAR: ст. 111	СреднийAR	НизкийAR: лоббизм	Низкий—	ЗависитИностранцы без ПМЖ: ст. 106
Блогер, автор канала	СреднийAR: платформы и донаты, вопрос открыт	ВысокийAR: ст. 111	СреднийAR	Низкий—	Низкий—	ЗависитВысокий для иностранцев без ПМЖ: ст. 106
Юрист и правозащитник, ведущий дела против государства	ВысокийAR, PE, EC	Низкий—	ВысокийAR, SV	ВысокийAR: RePET; EC	ВысокийPE	Низкий—
Иностранец без постоянного вида на жительство	СреднийAR	СреднийAR: ст. 111	СреднийAR	СреднийAR	Низкий—	ВысокийAR: ст. 106
Тот, кто только запускает организацию или проект	ВысокийSV, EC, VE	Низкий—	ВысокийAR: лоббизм; PE, VE	ВысокийAR, EC, PE, VE, BO	СреднийPE	ЗависитИностранцы: ст. 106

Где механизм записан или уже применяется: AR — Аргентина (проекты, не приняты), SV — Сальвадор, EC — Эквадор, NI — Никарагуа, VE — Венесуэла, PE — Перу, PY — Парагвай, BO — Боливия. Высокий: механизм применяют или он прямо записан и бьёт по этой роли. Средний: возможен при широком чтении текста. Низкий: прямых оснований не нашли. Зависит: от статуса человека.

Источники: Chequeado, elDiarioAR, Análisis Digital, La Nación, El Cronista, Amnesty International, Human Rights Watch, FIDH, WOLA, Infobae, Gestión.

Сотрудники НКО и те, кто с ними сотрудничает. Иностранный грант для аргентинской НКО — обычное дело. В разделе IV иностранное финансирование входит в определение нарушения, в лоббистском проекте деньги международных фондов и агентств сотрудничества попадают в категорию «иностранных интересов». Риск ложится не только на организацию, но и на людей. В Чили обсуждается лишение директоров права занимать должности до трёх лет. В Перу штраф достигает 500 налоговых единиц. В Сальвадоре критикам предъявляют обвинения в отмывании денег. В Эквадоре заморозили счета лидеров и бывших лидеров. «Те, кто сотрудничает» — это подрядчики, консультанты, бухгалтеры, волонтёры, партнёры. Лоббистский проект определяет «управление интересами» так, что в него попадает деятельность «по поручению третьих лиц», в том числе бесплатная. Волонтёр, который по просьбе организации пишет депутату письмо с предложением изменить норму, формально подпадает под определение. Как это будет применяться на деле, никто не знает. В Сальвадоре налог в 30% на иностранные поступления вместе с прочими сборами, по оценке Amnesty, может забирать больше половины бюджета организации.

Журналисты. Три канала давления: деньги, слово, доступ. Деньги: редакции и фрилансеры живут на гранты фондов, зарубежных заказчиков, партнёрские проекты и краудфандинг. Если этого достаточно, чтобы считаться «иностранным агентом», как в Сальвадоре, редакция закрывается или уезжает. Слово: статья 111 говорит о «манипулировании общественным мнением» в скоординированных кампаниях, финансируемых из-за границы. Уголовное бремя доказывания лежит на обвинении, но обыск, изъятие техники и заморозка счетов происходят раньше приговора. FOPEA просит парламент защитить от статьи законную журналистику. Доступ: в апреле 2026 года пять изданий лишились входа в Casa Rosada решением администрации, без всякого нового закона. Закон о лоббировании добавляет ещё один канал: журналистская оговорка условна, поэтому расследовательская работа, у которой есть «общественное воздействие», может попасть в зону регистрации, а с ней в зону раскрытия контактов и защиты источников. Редакции, которые живут внутри НКО (IDL-Reporteros в Перу), и организации журналистов вроде APES в Сальвадоре оказываются уязвимее других: закон бьёт по «родительской» структуре, а вместе с ней перестаёт работать и редакция.
Есть и неудобная сторона для самой профессии. Редакции рассказывали журналистам, что тексты им бесплатно предлагали «агентства» и «консультанты», и публиковали их без проверки автора. Закон, направленный против таких схем, мог бы быть оправдан, если бы бил по схеме, а не по всему подряд. Проблема в том, что отличать небрежную публикацию от участия в кампании придётся органу, который расследует сам и на первом этапе без судебного контроля.

Инструмент, который пишут сегодня, достанется следующему правительству, каким бы оно ни было

Блогеры и авторы каналов. Здесь неопределённостей больше всего. Деньги: донаты, реклама, выплаты платформ и краудфандинг из-за границы. Считается ли зарубежная платформа «иностранной организацией», которая «финансирует» автора? В тексте (по пересказам) ответа нет, и правоприменения нет, потому что закона ещё нет. Риск не в том, что выплата платформы окажется преступлением, а в том, что заранее ответить нельзя. Слово: «кампания» и «скоординированность» не определены. Блогерские сети, общие хештеги, договорные рекламные интеграции, «заказные» посты в стиле «агентство прислало текст»: именно этим пользовалась «Компания», и граница между добросовестным влиянием и недобросовестным здесь проходит по документам: договорам, счетам, переписке. Статус: иностранцы без постоянного вида на жительство не могут «финансировать, организовывать, руководить или проводить» предвыборную агитацию и пропаганду (ст. 106). Для иностранного блогера в год выборов это вопрос: ролик о кандидате, репост, обзор программ? Ответ зависит от того, что назовут «пропагандой».

Правозащитники и юристы, которые ведут дела против государства. Перуанская модель делает их зону главной мишенью: закон запрещает тратить иностранные деньги на иски против государства. В Аргентине такого прямого запрета в проектах нет, но есть другие рычаги. Совет может начинать закрытые расследования. Реестр RePET с порогом «разумных подозрений» способен заморозить активы до суда. Новая статья про «материальную поддержку» терроризма с наказанием от пяти до пятнадцати лет вызывает вопрос: где пройдёт граница, если власть назовёт организаторов протеста «террористами», а юристы, финансирующие их защиту, окажутся «помощниками»? В проекте прямого ответа нет. Вопросы про забастовки и «критическую инфраструктуру» пока тоже открыты.

Иностранцы без ПМЖ. Для них риск складывается из статьи 106 и из зависимости от миграционного статуса. Любой конфликт с властью для иностранца имеет ещё одну ставку, которой нет у гражданина.

Те, кто только собирается открыть организацию или проект. Первый год самый уязвимый. В Эквадоре организации надо зарегистрироваться за 180 дней под угрозой приостановки. В Венесуэле работать можно только с разрешения. В Перу нужно «предварительное согласие» агентства. В Боливии регистрация обязательна для проектов сотрудничества. В аргентинском проекте о лоббировании регистрация обязательна до начала деятельности, а по оценке организаций, государство может её одобрить, отклонить или затянуть. Тот, кто только собирается работать, рискует не санкцией, а тем, что его проект окажется вне закона ещё до первого дня.

И последнее, не про роли. Инструмент, который пишут сегодня, достанется следующему правительству, каким бы оно ни было. Макри расширил роль армии декретом в 2018 году, Фернандес вернул ограничение в 2020-м, Милей снова расширил в 2024-м, а реестр RePET придумали в 2019 году. Закон о суверенитете закрепит это на уровне закона. Причём закрепит для всех, кто окажется у власти, включая тех, кто сейчас в оппозиции (или якобы в оппозиции).

ВЫВОД, или мы это уже проходили

Всё, что было выше, — репортаж: с цитатами обеих сторон, оговорками там, где мы не уверены, и пометками, где это наша оценка, а не факт. Но у этой темы для нас есть личное измерение, и прятать его было бы нечестно.

Мы уже дважды собирали чемоданы из-за законов, о которых идёт речь в этой статье. Сначала — из Грузии, когда там приняли закон об «иностранных агентах». Потом — из Парагвая, после «ley garrote», закона-дубинки. Оба раза дело было не в абстрактном риске: мы работали с НКО и правозащитными организациями, и именно эта работа стала поводом уехать раньше, чем действительно прижмёт.

Мы видели это не по параграфам кодекса, а изнутри: как люди, которые ничего не нарушали, начинают сами себя редактировать раньше, чем до них доходит очередь у государства. Как грант, который вчера был просто способом оплатить очень важную работу, сегодня превращается в компрометирующую строчку в отчёте. Это и есть тот самый «охлаждающий эффект» — мы знаем его очень хорошо, как и многие жители бывшего снг. Это не говоря про тех, кто был осужден и оказался за решеткой на годы.

Теперь мы в Аргентине и читаем законопроект «о защите суверенитета», а в нём — знакомая грамматика. Совпадение стран, из которых нам пришлось уехать, с картой в этой статье — не курьёз. Такие законы почти никогда не пишут против всех сразу: сначала кажется, что коснётся немногих, а потом круг определяет не текст закона, а тот, кто в этот момент у власти.

Мы не утверждаем, что Аргентину ждёт судьба Никарагуа или Сальвадора — разница между странами в этой статье реальная. Но за то, что подобный закон может сделать с обычной, не героической работой — с грантами, отчётами, перепиской с донорами, — мы ручаемся своим опытом, а не чужими докладами.

Вы читаете этот пост уже 0:00. А у нас на его создание ушло несколько рабочих дней — исследования, фактчекинг, вёрстка. Не хотите пропустить следующий — подписывайтесь в любом удобном канале или на RSS.

Понравилось — поделитесь с теми, кому пригодится. А если хотите сказать спасибо по-настоящему — закиньте на Patreon, закажите консультацию, рекламу или сайт.

Мы есть везде

Поделиться постом

Медиакит Поддержать