Где мы. Первый тур 4 октября выиграл Флавио Болсонару: 47,03% против 45,16% у Лулы. Второй тур в воскресенье, 25 октября, опросы дают Флавио около 51 против 49, то есть в пределах погрешности.

Конгресс. Он правый, но не болсонаристский: PL сильнейший игрок (121 из 513 мест в Палате, 28 из 81 в Сенате) и собственного большинства не имеет. Правое большинство набирается с партиями Centrão, и считают его по-разному.

Семья. Двое из пяти Болсонару осуждены: Жаир на 27 лет 3 месяца за попытку переворота, Эдуарду на 4 года 2 месяца за принуждение суда. У остальных приговоров нет, есть расследования и закрытые дела. Флавио, Карлус и Мишел остаются в политике.

Что будет дальше. В плане Флавио нет ни мер против ЛГБТ, ни миграционной политики сверх границы, ни НКО, а Bolsa Família он обещает сохранить. Всё остальное в тексте помечено как прогноз по аналогии с соседями: там режут аппарат, субсидии и вузы, давят на мигрантов, прессу и НКО, а флагманские выплаты обычно не трогают. Набор методов повторяется: закон об иностранном финансировании НКО уже принят в Сальвадоре, Эквадоре и Парагвае, в Аргентине в Палате депутатов лежит законопроект с тюрьмой за «массовую дезинформацию» по заказу или на деньги из-за рубежа, а в бразильском Конгрессе лежат два законопроекта об иностранных деньгах НКО, один из них от PL.

Что останавливало. У соседей это делали те, кто от президента не зависит: Сенат и суды, улица, референдум. Первым пунктом переговоров с Конгрессом, по оценке Брайана Винтера, станет амнистия Жаира.

За Лулу. Честный довод скромнее лозунга «Лула остановит Конгресс»: президент остаётся отдельным игроком (помилование, часть назначений, аппарат), и каждый шаг правого большинства придётся согласовывать. Это страховка от худшего, а не гарантия лучшего: вето Конгресс уже преодолевал.

Против. Любой победитель столкнётся с тем же Конгрессом, а сам Лула не подарок: ему исполнится 81 год, наследника нет, вокруг дела Banco Master есть вопросы к его окружению.

Первый тур 4 октября выиграл Флавио Болсонару: 47,03% против 45,16% у Лулы, 56,1 миллиона голосов против 53,9 миллиона. Второй тур состоится в воскресенье, 25 октября, и опросы дают почти ничью с небольшим уклоном в сторону Флавио.

Перед туром Лулу показывали впереди, и все девять сопоставимых национальных опросов недооценили Флавио: Datafolha на 5 пунктов, PoderData на 4, AtlasIntel почти на 3, Quaest на 2. Тот же перекос, что и в 2022 году, когда опросы недооценили Болсонару-старшего. Явка составила 78,92%, а неявка в 21,08% оказалась самой высокой с 1998 года. Остальные кандидаты набрали немного: Аугусту Кури 2,89%, Ренан Сантос 2,24%, Рональду Каяду 2,18%, Ромеу Зема 0,27%.

Побеждённые в первом туре почти все пошли к Флавио. Зема заявил о поддержке 5 октября («голос против ПТ, голос за Флавио»), Каяду 6 октября (его партия PSD официально нейтральна), Кури 8 октября, но уточнил, что его поддержка «не чек на предъявителя». Ренан Сантос нейтрален. За Флавио также Тарсизиу ди Фрейтас и Мишел Темер.

Последние опросы второго тура лежат в пределах погрешности. По действительным голосам Datafolha (13–14 октября) и PoderData (19–21 октября) дают Флавио 51 против 49, AtlasIntel (13–18 октября) 51,1 против 48,9, CNT/MDA 50,5 против 49,5. Среднее по 14 опросам на 21 октября 51,2 против 48,8. Генеральный директор Quaest Фелипе Нунис говорит о «относительном восстановлении Лулы». Первый очный дебат прошёл 18 октября на Band, последний назначен на 23 октября на Globo, участие Лулы подтверждено.

Конгресс избрали в тот же день, и он сдвинулся вправо. В Палате (513 мест) крупнейшая фракция PL: 121 место против 99 в 2022 году. Федерация PT с коммунистами и зелёными получила 88, União Brasil и PP вместе 87, PSD 43, Republicanos 41, MDB 36, Podemos 27.

По классификации DIAP правые партии держат 260 мест, центр-правые 81, центр 48, центр-левые 21, левые 103 (суммы по блокам наши). Poder360 считает иначе: 276 правых, 113 центристов, 124 левых. В обеих версиях правое большинство есть, но оно зависит от того, кого считать правыми. Для поправок к конституции нужно 308 голосов, и ни один блок в одиночку их не набирает.

В Сенате у PL с 1 февраля 2027 года будет 28 мест из 81. По подсчётам Poder360, правых там 49, левых 27, центристов 5. Для поправок к конституции нужно 49 голосов, для отстранения судьи Верховного суда 54. Одни правые 54 не набирают, но, по оценке Atlantic Council, оказываются «в пределах досягаемости» этого порога.

Губернаторские выборы подтвердили тот же сдвиг. Тарсизиу ди Фрейтас (Republicanos) переизбран в Сан-Паулу с 62,65% против 36,42% у Фернанду Хаддада, Клейтиню Азеведу (Republicanos) победил в Минас-Жерайсе, Сержиу Моро (PL) в Паране, Дуглас Руас (PL) в Рио-де-Жанейро после пересчёта голосов. ПТ удержала Баию: Жеронимо набрал около 56%.

Двое из пяти самых заметных Болсонару осуждены Верховным судом: Жаир за попытку госпереворота, Эдуарду за давление на суд. Против трёх остальных приговоров нет, и двое из них, Карлус и Мишел, 4 октября избраны в Сенат. Статусы ниже указаны строго: приговор, обвинение, расследование или закрытое дело.

11 сентября 2025 года Первая коллегия Верховного суда четырьмя голосами против одного признала Жаира Болсонару виновным по пяти составам: руководство вооружённой преступной организацией, попытка насильственной отмены демократического правового порядка, государственный переворот и два состава ущерба имуществу. Срок: 27 лет 3 месяца. За оправдание голосовал только Фукс. Приговор вступил в силу 25 ноября 2025 года.

По версии прокуратуры, в плане был и «Punhal Verde e Amarelo», замысел убить Лулу, вице-президента Алкмина и судью Мораиса, и Болсонару обо всём знал и согласился. Этот эпизод вошёл в дело, по которому он осуждён, но отдельного вывода суда о его «согласии» мы не нашли. Кульминацией плана прокуратура называет 8 января 2023 года, когда толпа громила Конгресс, президентский дворец и здание Верховного суда. К апрелю 2026 года Верховный суд называл около 1 400 осужденных по этим делам (включая заключивших соглашения об отказе от преследования) и 190 человек в заключении.

Сам Жаир с 22 ноября 2025 года сидел под стражей (нарушение электронного браслета и риск побега). 24 марта 2026 года после реанимации с пневмонией ему дали домашний арест, 3 июля Мораис продлил его без срока. Защита подала просьбу о пересмотре дела. По сообщениям прессы, министр Нунис Маркис рассмотрит её после второго тура.

Отдельно Высший избирательный суд (TSE) 30 июня 2023 года пятью голосами против двух лишил его права избираться на восемь лет за злоупотребление властью и СМИ на встрече с послами 18 июля 2022 года. Срок идёт от 2 октября 2022 года, то есть до 2030-го. 31 октября 2023 года последовало второе решение, за празднование 7 сентября 2022 года.

Другие линии выглядят по-разному:

• Пандемия. Сенатская комиссия (CPI) 26 октября 2021 года, 7 голосами против 4, рекомендовала обвинить его по девяти составам, включая преступления против человечности, и ещё 80 человек, среди них Флавио, Эдуарду и Карлус. Это рекомендация, не обвинение. Дело о закупке вакцины Covaxin Верховный суд закрыл в апреле 2022 года. К 3 декабря 2022 года, по данным Conass, от COVID-19 в Бразилии умерли 690 109 человек.
• Саудовские украшения. Полиция 4 июля 2024 года обвинила его и ещё 11 человек в хищении, отмывании и сговоре (ущерб около 6,8 миллиона реалов). Обвинения в суде нет: в марте 2026 года прокуратура просила дело закрыть, суд запросил новое заключение, а в июле Мораис запросил мнение прокуратуры по просьбе налоговой службы. Решения нет.
• Поддельные сертификаты вакцинации. Дело закрыто 28 марта 2025 года по просьбе прокуратуры: показания свидетеля не подтвердились.
• Амазония. Вырубка по данным PRODES: 10 129 км² в 2019 году, 10 851 в 2020-м, 13 038 в 2021-м, 11 594 в 2022-м. Для сравнения: 5 796 км² в год до июля 2025 года, при Луле.
• Пресса. По данным Human Rights Watch, к августу 2022 года он заблокировал в соцсетях 95 журналистов и 10 СМИ. По данным Fenaj, в 2021 году зафиксировано 430 атак на прессу (максимум в ряду наблюдений), а в 2022-м 376, из них 104 на счёту самого Жаира.
• Оружие. Гражданский арсенал вырос с 1,32 миллиона единиц в 2018 году до 2,97 миллиона к концу 2022 года (Instituto Sou da Paz и Instituto Igarapé).

Эдуарду Болсонару с начала 2025 года живёт в США. 30 июля 2025 года Вашингтон применил закон Магнитского против судьи Мораиса, в тот же период были подтверждены пошлины на бразильские товары до 50%. Генпрокурор Гонет обвинил Эдуарду и его сообщника Паулу Фигейреду в принуждении суда (coação no curso do processo). По версии обвинения, через тарифы, визовые ограничения и санкции они пытались сорвать процесс над отцом. В ноябре 2025 года Первая коллегия приняла обвинение единогласно.

16 июня 2026 года она так же единогласно осудила Эдуарду: 4 года 2 месяца в полуоткрытом режиме, неизбираемость до восьми лет после отбытия срока, потеря должности сотрудника федеральной полиции. Мораис назвал его поведение «явной попыткой принудить» коллегию. Мандат депутата он потерял ещё 18 декабря 2025 года из-за прогулов: по данным Estado de Minas, он пропустил 63 заседания из 78. 18 сентября 2026 года Верховный суд отклонил его ходатайство. Сам он находится за границей.

Первый сюжет старый. Прокуратура штата Рио предъявила ему обвинение в 2020 году по делу о «рашадинье», схеме с зарплатами сотрудников его депутатского кабинета. В 2021 году суды аннулировали ряд ключевых доказательств (снятие банковской и налоговой тайны, четыре из пяти отчётов Coaf), а в мае 2022 года дело прекратили. Приговора не было.

Второй сюжет свежий. 13 мая 2026 года, по данным AP, The Intercept Brasil опубликовал голосовые сообщения, где Флавио просит у банкира Даниэла Воркару деньги на фильм «Dark Horse» о жизни его отца. Он отрицает, что предлагал что-то взамен, и говорит, что деньги частные. По данным O Povo, обсуждалось 24 миллиона долларов (около 134 миллионов реалов), а не менее 10,6 миллиона долларов было переведено через американский фонд Havengate, который контролируют союзники Эдуарду. 23 июля 2026 года судья Верховного суда Андре Мендонса по просьбе полиции и при поддержке генпрокурора разрешил расследовать эти переводы. Флавио процессуальным фигурантом в найденных нами материалах не назван.

Карлус Болсонару проходит по двум сюжетам. «Кабинет ненависти»: в 2020 году Estadão назвала его руководителем группы советников в президентском дворце, а Мораис в том же году говорил о «преступном сообществе» в рамках расследования фейковых новостей. «Параллельное Абин»: 17 июня 2025 года полиция обвинила его и ещё 35 человек. 20 июля 2026 года Мораис закрыл это дело в части Жаира и бывшего депутата Рамажема, а остальные эпизоды, включая касающиеся Карлуса, отправил в федеральный суд Бразилиа. Обвинения от прокуратуры мы не нашли. 4 октября 2026 года он избран сенатором от Санта-Катарины (25,21%, второе место после союзницы Кароли ди Тони).

Мишел Болсонару тоже избрана сенатором, от Федерального округа (29,05%, 938 496 голосов). Чеки на сумму около 89 тысяч реалов от Фабрисиу Кейроса остались без обвинений: в июле 2021 года большинство Верховного суда отказалось открывать расследование, поскольку заявление было адресовано не тому органу. По делу о саудовских украшениях полиция её не обвиняла. Свидетель показывал полиции, что второй набор украшений стоимостью больше миллиона реалов оказался у неё, сама она отвечала, что всё было по административному порядку. Обвинений не было.

Итого: приговоры у двоих, расследования у остальных, а в сумме семья, где трое остаются в политике (Флавио, Карлус и Мишел), а один из них борется за президентский пост.

У соседей правые уже успели не только пообещать, но и сделать. Страны разные: Милей в Аргентине (с 10 декабря 2023 года) — либертарианец, Каст в Чили (с 11 марта 2026 года) — жёсткий консерватор, Пас в Боливии (с 8 ноября 2025 года) ближе к центру, Нобоа в Эквадоре (второй срок с 24 мая 2025 года), Букеле в Сальвадоре (с 2019 года) и Пенья в Парагвае (с 15 августа 2023 года) играют каждый в своём жанре. Для Бразилии прямее всего напрашиваются Милей, Каст и Букеле: федеральные тюрьмы строгого режима в плане Флавио, по сообщениям, предлагается строить «по образцу Сальвадора».

Оговорка, без которой дальше нельзя: в плане Флавио нет ни мер против ЛГБТ, ни миграционных мер, кроме пограничного контроля, а Bolsa Família он обещает сохранить. Поэтому всё ниже — не пересказ его программы, а то, что в соседних странах шло вслед за правым поворотом. Это прогноз по аналогии, а не цитата из плана.

Самый наглядный случай — Аргентина. В Давосе 23 января 2025 года Милей назвал «гендерную идеологию» в самом радикальном виде жестоким обращением с детьми и добавил: «Они педофилы». Через две недели, 6 февраля 2025 года, декрет 62/2025 запретил гормональные и хирургические вмешательства до 18 лет. В июле 2026 года апелляционная палата федерального административного суда по иску Федерации ЛГБТ приостановила декрет по всей стране до итогового решения. До этого Милей упразднил INADI, агентство по борьбе с дискриминацией (6 августа 2024 года), и понизил министерство женщин и разнообразия до подсекретариата.

В Эквадоре министерство женщин вошло в состав министерства правительства (декрет 60 от 24 июля 2025 года), и, по сообщениям EFE, при реорганизации уволили около 5 000 человек. В Чили закона против ЛГБТ не нашли; организация Movilh в апреле 2026 года пожаловалась на отзыв национального плана по правам человека и на поддержку американской формулы «мужчина или женщина» в ООН, независимой проверки этих жалоб нет. Об отмене брака или закона о гендерной идентичности в этих странах найденные источники не сообщают. Закономерность выходит такая: сначала убирают ведомство, которое занималось правами, и ужесточают риторику, а затем пробуют точечные запреты для подростков.

Аргентинский госсектор с декабря 2023 по январь 2026 года потерял 62 768 человек (минус 18%, расчёт IARAF по данным INDEC). Пенсии индексируют по инфляции ежемесячно, но разовую надбавку заморозили: минимальная пенсия с надбавкой в июле 2026 года на 9,2% ниже реального уровня ноября 2023 года (Chequeado). При этом, по данным HRW, бюджет детского пособия AUH расширили. В Чили Каст приказал сократить расходы всех министерств на 3%, около 3–4 миллиардов долларов; попытку ограничить gratuidad 16 апреля 2026 года отменили на следующий день. В Боливии отмена топливных субсидий сопровождалась компенсациями (минимальная зарплата 2 750 → 3 300 боливиано, пособие Renta Dignidad 350 → 500), но блокады всё равно заставили отозвать первый декрет. В Эквадоре подорожание дизеля на 56% (объявлено 12 сентября 2025 года) вызвало бессрочную забастовку CONAIE; по данным правозащитной коалиции AODH, погибли трое, 473 человека получили ранения.

Итоговый баланс по Аргентине неоднозначный. Бедность по данным INDEC упала с 52,9% (первое полугодие 2024 года) до 28,2% (второе полугодие 2025 года), а затем снова выросла до 32,3% в первом полугодии 2026 года; крайняя бедность с 6,3% до 7,5%. Безработица во втором квартале 2026 года составила 7,9%, это максимум с 2021 года. Месячная инфляция упала с 25,5% (декабрь 2023 года) до 1,9% (сентябрь 2026 года), годовая — 33,4%. Для сравнения с Бразилией важнее другое: флагманские выплаты (AUH, пенсии, в Чили PGU) формально не трогают, режут то, что вокруг. Это ровно та логика, которая звучит в споре о Bolsa Família.

Чили. Escudo Fronterizo запущен 16 марта 2026 года, 30 марта отменён указ Борича о регуляризации 182 000 заявителей. По данным правительства на 10 октября 2026 года, с января выслано 1 874 человека (260 из них при прежней власти), а 10 345 нелегалов «добровольно выехали» до 4 октября. Amnesty 4 июня 2026 года раскритиковала законопроект о криминализации незаконного въезда.

Аргентина. Декрет 366/2025 (29 мая 2025 года) сделал плановую медицинскую помощь в национальных учреждениях платной для нерезидентов, разрешил вузам брать плату и передал вопросы гражданства миграционной службе, потребовав два года непрерывного законного проживания. В июне 2026 года два суда отвергли передачу вопросов гражданства; правительство обжалует. Цифру «14 000 высланных за полгода» министра безопасности Chequeado назвал вводящей в заблуждение: по уголовным делам выслано 620 человек в 2024 году и 662 в 2025-м.

Эквадор. Ассамблея в октябре 2025 года (88 голосами против 58) разрешила высылку «угроз безопасности» за 24 часа и запрет на въезд на 40 лет; окончательный статус нормы мы не проверяли.

В Сальвадоре закон об иностранных агентах (май 2025 года) обложил иностранное финансирование налогом в 30%; Cristosal закрыла офисы в июле 2025 года, не менее 140 правозащитников и журналистов покинули страну за лето. Режим чрезвычайного положения с марта 2022 года обошёлся в более чем 90 000 арестов и не менее 458 смертей в заключении (Socorro Jurídico; Amnesty называет около 470). В Эквадоре закон о социальной прозрачности (26 августа 2025 года, 78 голосов) ввёл регистрацию НКО, заморозку счетов и отзыв регистрации; спецдокладчик ООН Джина Ромеро 4 апреля 2026 года заговорила об «авторитарном дрейфе». В Парагвае закон 7363/2024 об НКО действует с октября 2025 года; Amnesty пишет о «непропорциональных ограничениях».

В Аргентине давление выглядит иначе: протокол против перекрытий улиц (по подсчётам CELS, 1 399 раненых за 2024–2025 годы), тяжёлое ранение фотографа Пабло Грильо 12 марта 2025 года, иски Милея минимум против восьми журналистов (Amnesty). Судья признал протокол ничтожным 30 декабря 2025 года, правительство обжалует.

Отдельный случай, пока без итога, — аргентинский законопроект «О защите национального суверенитета», в прессе его зовут «законом о Мальвинах». Правительство Милея внесло его в Конгресс 17 сентября 2026 года: 133 статьи, из которых, по подсчёту оппозиции, к Мальвинам прямо относятся 40, а остальные 93 меняют полномочия в обороне и внутренней безопасности; ещё законопроект создаёт Совет национальной безопасности. Статья 111 вводит в Уголовный кодекс статью 225 bis: от 5 до 12 лет тюрьмы за деятельность по поручению, по заказу или на средства (полностью или частично) иностранного государства, организации или агента, направленную на то, чтобы «изменить избирательные процессы» или «манипулировать общественным мнением» через скоординированные кампании «массовой дезинформации»; при угрозах, подкупе, принуждении или преступных структурах от 8 до 15 лет. Журналисты и НКО в статье прямо не названы, но объединение СМИ ADEPA видит риск «неоднозначных толкований» и «сдерживающего эффекта», журналистский форум FOPEA — «реальный риск для журналистики и свободы выражения», конституционалист Андрес Хиль Домингес пишет, что формула «манипулировать общественным мнением» недостаточно точна, а ОАГ, как приводит Chequeado, считает, что государствам не следует вводить новые составы за дезинформацию. Правительство отвечает, что норма «не криминализует журналистскую ошибку», и готово внести поправки.

Законопроект в Палате депутатов. На четвёртом заседании объединённых комиссий (по обороне, уголовному законодательству и иностранным делам) 14 октября заключение подписать не удалось: правительство отказалось делить текст, как просит оппозиция, и предложило рассмотреть бикамеральную комиссию по надзору за Советом нацбезопасности. 19 октября заседание, назначенное на 20-е, перенесли на 27 октября: твёрдого консенсуса нет. Депутат от правящей La Libertad Avanza Сильвана Джудичи обещала изменить статью 111, но в каком виде, не раскрыто. Закон не принят и может измениться.

Останавливали четыре силы: парламент (Сенат Аргентины), суды (Аргентина), улица (Чили, Боливия) и избиратели на референдуме (Эквадор). В Сальвадоре и Парагвае таких случаев найти не удалось. Сальвадор при этом показателен тем, что правящая партия контролирует там и парламент, и суды: 1 мая 2021 года новая Ассамблея сняла пятерых судей конституционной палаты и генпрокурора. Выборка из шести стран не закон природы, но направление видно: пределы президентским решениям ставили те, кто от президента не зависел.

Цифры в пользу правых тоже есть. В Аргентине инфляция упала, а на промежуточных выборах 26 октября 2025 года победила партия Милея. В Сальвадоре число убийств на 100 000 жителей упало со 105 (2015 год) до 1,9 (2024 год) и 1,3 (2025 год), хотя HRW отмечает, что доступ к данным ограничен. В Чили за первое полугодие 2026 года убийств было 472 против 513 годом раньше (на 41 меньше, то есть около 8%; в отчёте министерства безопасности указано «11,5%», и эти цифры между собой не сходятся). В Эквадоре картина обратная: в 2025 году убито более 9 000 человек, 50,91 на 100 000 против 38,80 в 2024-м. Жёсткий курс даёт результат не везде: официальные данные Сальвадора и Чили показывают падение, в Эквадоре убийств стало больше.

Здесь три слоя, и смешивать их нельзя. Первый: что Флавио написал в плане и сказал вслух. Второй: что семья делала при Жаире в 2019–2022 годах. Третий: прогноз по аналогии с соседями, он стоит в последнем столбце таблицы и помечен как прогноз. План «Para o Brasil vencer o atraso» на 2027–2030 годы зарегистрирован в TSE 13 августа, в нём 76 страниц и девять «осей». Мер против ЛГБТ в нём нет, миграционная политика сводится к границе, а Bolsa Família он обещает сохранить. Поэтому часть прогнозов держится не на программе, а на истории и на опыте соседей.

9 октября Флавио сказал: «Одна из них [лжей] — что я закрою Bolsa Família. Это ложь». 19 октября Даниэла Маркис, координатор его экономической команды и бывший глава Caixa, заговорила о переходном периоде до двух лет с возвратом в программу и добавила, что «люди не могут навсегда застревать в Bolsa Família». Флавио в Instagram подтвердил двухлетнее сохранение выплат после трудоустройства. Кампания Лулы читает это как скрытое сокращение. Цифру «200 млрд реалов tesouraço» назвал сенатор Камилу Сантана из PT, подтверждения от самого Флавио нет.

В плане Флавио НКО и иностранное финансирование не упомянуты (план прочитан частично), а раздел «Tesouraço na Censura» обещает «свободу критиковать без страха». Но в Конгрессе такие инициативы есть, и принадлежат они не одной партии. Ни один из законопроектов ниже не принят.

PL 1659/2024 внёс Филипе Баррос (PL-PR), в 2025 году председатель комиссии по иностранным делам и обороне (CREDN). Законопроект запрещает иностранным государствам и партиям финансировать деятельность НКО в Бразилии; по данным Gazeta do Povo (2024), он ограничивает пожертвования от иностранных частных лиц и юрлиц 100 минимальными зарплатами (около 140 тысяч реалов) и обязывает НКО расписывать, на что пойдут деньги. В августе 2025 года Баррос обещал сделать голосование приоритетом. 8 июля 2026 года комиссия CREDN сняла его с повестки по соглашению сторон.

PL 2267/2026 внёс 7 мая 2026 года сенатор Эдуарду Брага, лидер MDB в Сенате. НКО, получающие от иностранных правительств, транснациональных компаний или международных НКО 200 тысяч реалов в год и больше, обязаны вести портал прозрачности, ежемесячно раскрывать доноров и получателей, нанимать независимых аудиторов и помечать материалы надписью «материал произведён на иностранное финансирование». За нарушения предусмотрены штрафы, запрет участвовать в судебных исках против актов правительства. Брага ссылается на иски, которые, по его словам, задержали трассу BR-319, и говорит о «равном уровне контроля»: финансы партий и кандидатов уже раскрываются поимённо. Закон касается организаций, которые регулярно добиваются влияния на законы, акты власти и решения судов; пока он ждёт распределения в Сенате.

Предложение о расследовании. В 2025 году правые предлагали создать смешанную парламентскую комиссию (CPMI) по деньгам USAID в Бразилии; на момент публикации подписей не хватало (Gazeta do Povo, 28 августа 2025 года, правое издание); чем это кончилось, мы не проверяли.

Первый срок Жаира. MP 870 от 1 января 2019 года (статья 5, пункт II) поручила Секретариату правительства «надзирать, координировать, мониторить и сопровождать» деятельность международных организаций и НКО в стране. Федеральная прокуратура по правам граждан 30 января 2019 года назвала норму неконституционной, а в открытом письме от 9 января 2019 года около 60 организаций гражданского общества, среди них Conectas и Oxfam Brasil, написали, что она угрожает их автономии. Чем закончилась история этой нормы, мы не проверяли.

Что из этого следует, прогноз, а не цитата из плана. Метод тот же, что у соседей: иностранные деньги как повод для регистрации, раскрытия и ярлыков, в Аргентине ещё и для уголовной статьи. При президенте из партии, которая сильнее всех в обеих палатах, у таких законопроектов появится союзник в исполнительной власти. При Луле их придётся согласовывать, но Брага, автор одного из них, не болсонарист: идея закона об иностранных деньгах НКО в бразильском Конгрессе шире одной партии, а Конгресс уже преодолевал вето Лулы. Поэтому это довод про риск, а не гарантия, что закон будет принят.

Министр финансов и источник денег для налоговых обещаний не названы (Флавио обещал сделать это «в нужный момент»).
Флавио сам настаивает на умеренности: в январе он сказал, что просили «более умеренного Болсонару», а он «всегда таким и был». По оценке Томаса Траумана, у него была бы автономия от Centrão, какой не было у отца. Но тут важно помнить, подобная риторика была везде у соседей и она кардинально разошлась с реальностью.

Бразильская система фрагментирована: ни у PL, ни у PT нет большинства, в отличие от Morena в Мексике или Nuevas Ideas в Сальвадоре. Что это значит для баланса властей, разобрано ниже.

Это аргумент про устройство власти, а не про любовь к Луле. Для нас политики по умолчанию не подарок, и Лула не исключение: его слабые места разобраны в следующем разделе. Вопрос в другом: что получает избиратель от схемы «президент спорит с правым Конгрессом» и чего он лишается при схеме «президент и правый Конгресс заодно».

Сначала уточнение к самой посылке. Большинства болсонаристов в палатах данные не показывают: после выборов 4 октября PL — крупнейшая партия и в Палате, и в Сенате, но без собственного большинства. Точнее сказать так: Конгресс правый, а PL в нём сильнейший игрок.

Палата (513 мест). PL 121 (в 2022 году было 99), федерация PT–PCdoB–PV 88, União Progressista (União Brasil и PP) 87, PSD 43, Republicanos 41, MDB 36, Podemos 27, PSB 15, PSOL–Rede 15, PSDB–Cidadania 11, Novo 10. У PL 23,6% мест. Большинство — 257 голосов, для поправки к конституции (PEC) нужно 308. PL и União Progressista вместе дают 208, до большинства не хватает; это наш подсчёт по таблицам Exame и CNN Brasil.

Сенат (81 место). По подсчёту Poder360, 49 правых, 27 левых и 5 центристов; у PL 28 мест (19 избраны в 2026 году, 9 остаются до 2031-го). Для PEC нужно 49 голосов, для отстранения судьи STF — 54, то есть две трети. Оценки расходятся: Fair Observer насчитал 50 правых и центр-правых, консалтинг LLYC — 62% Сената.

Импичмент судей. Опрос Ranking dos Políticos показал, что 54 из 81 будущих сенаторов публично поддерживают сам инструмент. Это позиция по инструменту, а не голосование по делу: из 27 сенаторов с мандатом до 2031 года шестеро против, 21 не высказались. Избранный сенатор Марсел ван Хаттем (Novo) 6 октября пообещал начать работу 1 февраля 2027 года с импичмента судьи Жилмара Мендеса. Джеймс Стори из Atlantic Council 21 октября написал, что правые «в пределах досягаемости пятидесяти четырёх голосов».

Аналитики. Брайан Винтер (Americas Quarterly, 5 октября) говорит о «массивной консервативной волне», о том, что переговоры нового президента с Конгрессом «начнутся» с амнистии, и о возможных импичменте судей и «чистке федеральной бюрократии». AP 22 октября: сдвиг Конгресса вправо произойдёт «независимо от того, кто победит».

Диалог при Луле не гипотеза, а пройденный материал. Конгресс отменил его декрет об IOF (Палата 383–98, Сенат в символическом голосовании в один день, 25 июня 2025 года). Он отклонил 52 пункта вето по закону о лицензировании (27 ноября 2025 года, Палата 295–167, Сенат 52–15). Он преодолел вето на «дозиметрию», выгоду от которой могут получить не менее 190 осуждённых; по оценке оппозиции, срок Жаира в закрытом режиме сокращается с 7 лет 8 месяцев до 2 лет 4 месяцев, пересчитывать будет STF. Он же был не просто послушным: поправку к конституции PEC da Blindagem Палата приняла (344–133 во втором туре), а комиссия по конституции и юстиции Сената единогласно отвергла 24 сентября 2025 года.

Другая сторона: налоговая реформа прошла в ноябре 2023 года, а освобождение от подоходного налога для зарплат до 5 000 реалов Палата одобрила 493 голосами против нуля 1 октября 2025 года. Это и есть тот результат, который описывает довод про баланс: часть голосований Лула проигрывает, часть выигрывает, а торг идёт на виду.

Диалог не всегда прекрасен, а Конгресс силён при любом президенте (мнения экспертов и цена диалога разобраны в следующем разделе). Поэтому «Лула остановит правый Конгресс» — слишком сильное утверждение. Вето он не удержит, и дозиметрия это показала.

Сильная версия звучит скромнее: при Луле президент остаётся отдельным игроком, а не продолжением Конгресса. Каждый шаг правого большинства будет стоить голосов, времени и публичного конфликта, а то, что президент решает один — помилование, часть назначений, состав аппарата, — Конгресс без него не сделает. При Флавио эти рычаги и большинство в палатах оказываются в одном лагере, и независимых сдержек остаётся одна: сам STF, на который давят и сверху, угрозой импичмента, и сбоку, назначениями.

Есть и общий урок соседей. Там, где что-то останавливалось, это делали те, кто от президента не зависел: Сенат и суды в Аргентине, улица в Чили и Боливии, избиратели на референдуме в Эквадоре. В Мексике коалиция Morena получила 364 места из 500 в Палате депутатов, и судебная реформа прошла в сентябре 2024 года, несмотря на критику Межамериканской комиссии по правам человека, HRW и спецдокладчика ООН. В Сальвадоре 1 мая 2021 года новая Ассамблея сняла судей конституционной палаты и генпрокурора. Бразилия пока в другой категории, потому что система раздроблена: ни у PL, ни у PT нет большинства. Эта раздробленность сама по себе не защита, но потерять её проще всего, если президент, крупнейшая партия и ключевые назначения окажутся в одних руках.

Итог раздела. Голосовать за Лулу в этом смысле — значит сохранить президентскую власть отдельным игроком. Гарантии хорошего результата здесь нет, зато есть страховка от худшего. Возражения к этому доводу разобраны в следующем разделе.

Довод про баланс держится лишь отчасти. Ниже места, где он слабеет, и слабые стороны самого Лулы.

Конгресс силён при любом президенте. Сержиу Абранчес описывает модель, в которой парламентариям больше не нужны посты и деньги исполнительной власти, чтобы кормить свои округа. Карлус Мелу из Insper считает, что победителю придётся «уступать всё больше», а исследователи из FGV называют сдвиг изменением не природы, а степени. Значит, «Лула вынуждает к диалогу» верно, но к самому Луле это не привязано: любой победитель окажется перед тем же Конгрессом.

Вето не защита. Конгресс уже преодолел вето Лулы по лицензированию и по «дозиметрии» и отменил его декрет об IOF. Президент задерживает, но не останавливает.

Баланс не равен качеству. Та же сдержка вернула в закон об экологическом лицензировании 52 пункта, которые Лула из него убрал, и смягчила наказания осуждённым по делу о 8 января. Диалог идёт: 61 млрд реалов на 2026 год, из них 49,9 млрд обязательны; в 2024 году они составили 53 млрд, то есть 24% дискреционных расходов (Ifri). STF признал «секретный бюджет» неконституционным ещё 19 декабря 2022 года, но попытки его вернуть приходится гасить снова: 21 декабря 2025 года судья Флавиу Дину приостановил норму, которая, по сообщениям, возрождала связанные с ним emendas (около 3 млрд реалов). Абранчес в работе 2019 года видит в этой модели клиентелизм, а Мелу замечает, что управляемость дорожает.

У довода про «союзный Конгресс» нет прямой опоры в науке. Утверждения известного бразильского политолога, что президент вместе со своим Конгрессом главная угроза, мы не нашли. Ближайшее — слова юриста Жиллеса Гомеса и обладателя PhD Леандру Родригеса в Jornal Opção: когда одна группа контролирует и исполнительную, и законодательную власть, Конгресс склонен перестать контролировать. Работа Мелу и Перейры (Latin American Politics and Society, 2024) показывает, что Болсонару сдерживали STF, партийная система, СМИ и Конгресс, но тогда Конгресс не был его монолитным блоком. Спектор (2024) пишет о широкой коалиции против отката демократии, а Лебенс (V-Dem, 2023) оценивает, что лидеры, расширяющие свою власть, закрепляются примерно после двух сроков. Вывод про опасность связки президента и Конгресса остаётся нашей интерпретацией этих работ.

Давление на судей пойдёт и при Луле. Импичмент решает Сенат, и ван Хаттем обещал начать с него 1 февраля независимо от исхода второго тура. Абранчес (2 октября) ждёт роста давления и предупреждает, что при нынешнем составе Конгресса такие процессы будут партийными и без должной процедуры. Лула их не остановит.

Сам Лула не подарок. 27 октября ему исполнится 81 год, к концу срока будет около 85. В октябре 2024 года он упал и перенёс операцию на голове, наследника у PT нет. Лично Лулу в деле Banco Master не обвиняют, но бывший глава его аппарата Руи Кошта, будучи губернатором Баии в 2018 году, расчищал дорогу бизнесу банкира Воркару, лидер правительства в Сенате Жак Вагнер попал в поле зрения федеральной полиции, а сам Лула признаёт, что принимал Воркару во дворце. Хронология его слов и решений по Путину, нефти и лесу разобрана в нашем материале о Луле. Фискальная база тоже не идеальна: валовой долг 82,9% ВВП (август 2026 года, оценка колумниста Альберто Галло), при этом обещание Флавио сократить расходы на 200 млрд реалов Галло называет разрывом между обещанием и исполнением.

Что из этого следует. Довод про баланс остаётся доводом про страховку, а не про благо: он не обещает хорошего результата и не обещает, что Лула удержит правый Конгресс. Он говорит о другом: президентская власть остаётся отдельным игроком, а не продолжением Конгресса, и каждый шаг правого большинства придётся согласовывать.

Всё, что выше, описывает верхний слой: семью, партию, выборы и Конгресс. Как эта повестка устроена на уровне всего региона и откуда она берёт доктрину, людей и юридическую оболочку, мы разобрали отдельно, в материале «Кондор 2.0».

В нём три слоя: доктрина, сеть операторов и право. Семья Болсонару в этой схеме не центр, а одно из мест, где региональная механика выходит на бразильскую почву. Поэтому прогнозы для Бразилии в этом тексте построены по аналогии с соседями: те же инструменты уже применялись в Аргентине, Чили, Эквадоре и Сальвадоре, и этот текст не утверждает, что Бразилия повторит их один в один.

Лула не подарок. Мягко говоря он не молод, им и его партией создана система, где нет молодых лиц и альтернатив, вокруг дела Banco Master есть неудобные вопросы к его окружению, а Конгресс уже не раз переписывал его решения. Влюбляться в него никто не обязан, и для довода ниже это не требуется.

Двое из пяти Болсонару уже осуждены: Жаир на 27 лет 3 месяца за попытку переворота, Эдуарду на 4 года 2 месяца за принуждение суда в процессе отца. У остальных приговоров нет, но есть открытые расследования и закрытые дела.

То, что вероятнее всего следует за правым поворотом, — прогноз по аналогии, а не цитата из программы Флавио, где ни слова (вообще ни о чем там слов нет, одна вода) про ЛГБТ, НКО и мигрантов сверх пограничного контроля. У соседей порядок повторяется: сначала режут аппарат, субсидии и вузы, убирают ведомства по правам и давят на мигрантов, прессу и НКО, потом суды, а флагманские выплаты обычно оставляют. Останавливают это те, кто от президента не зависит: сенат и суды, независимые медиа, улица, референдум. Первым пунктом переговоров с Конгрессом, по оценке Брайана Винтера, станет амнистия; однако Лула её не подпишет, а Флавио обещал амнистию, а при неудаче помилование.

Почему это плохо, если коротко. Набор методов у соседей одинаков, и один из его элементов, контроль над НКО и прессой под предлогом иностранных денег и «дезинформации», уже работает в Сальвадоре, Эквадоре и Парагвае, лежит в Палате депутатов Аргентины и лежит в обеих палатах бразильского Конгресса: PL 1659/2024 от PL и PL 2267/2026 от MDB. Сдержками у соседей были там, где они от президента не зависели. В Бразилии главная из них, STF, в плане Флавио названа объектом ограничений, а правые в Сенате с 1 февраля 2027 года по подсчёту Poder360 имеют 49 мест из 54, нужных для отстранения судьи. Это не обещание Флавио: НКО в его плане нет. Это повторяющийся набор методов и инициатив, которые уже лежат в Конгрессе.

Сильная версия довода за Лулу скромнее, чем «Лула остановит правый Конгресс»: президент остаётся отдельным игроком, и каждый шаг правого большинства придётся согласовывать. Это страховка от худшего, а не гарантия лучшего, и её слабые места разобраны выше. Решает воскресенье, 25 октября. Опросы дают Флавио 51 против 49 в пределах погрешности, а в первом туре не пришли 21,08% избирателей, так что явка сейчас значит больше любого текста, включая этот.

Мы очень боимся того, что будет в регионе (да и в мире в целом), если он полностью перейдет под контроль США, мы уже каждый день видим то, что происходит на улице, вокруг нас: больше закрытых бизнесов, больше бедняков, больше контроля полицейскими, больше бессмысленной агрессии от полиции, больше недовольства простых людей. Как одним из самых незащищенных частей общества — нам не по себе, мы ни раз вынуждены были переезжать, некоторые даже называют нас «кочевниками» не в позитивном смысле, но если бы была наша воля, то мы бы никуда не переезжали, а сидели бы в одном месте, где нам хорошо, но в качестве альтернативы нам предлагают только полное содержание от государства-агрессора, полный пансион, общение с мелкими животными (тараканы, крысы и мыши), много так скажем развлекательных игр, которые будут бить по нашему здоровью и так далее. Нам не нравится, когда нам затыкают рот, когда вводят цензуру, когда преследуют людей за слова и мысли, когда нельзя выглядеть иначе и запрещают любить, кого ты хочешь.